– Нет… – Он стыдливо опустил взгляд. – Красноглазик боится закрытого пространства… Мы… мы лучше останемся с вами.
– Мальчик, безопаснее для тебя будет остаться в шахте, – возразил Мот.
– Нет, Красноглазику там станет очень страшно. Мы не можем туда лезть. – Баг побледнел.
– Все в порядке, Баг, – сказала Рэн, успокаивающе гладя его по голове. – Ты можешь остаться с нами.
Мальчик успокоился.
Рэн положила на пульт управления сумку, где лежало оружие, взяла один пистолет себе, другой отдала Моту. Третий протянула Багу, объяснив, как его держать.
– Рэн, если ты это сделаешь, пути назад больше не будет, – напомнил ей Ларк, зная, что уже слишком поздно. Она приняла решение, как и он. Конечно, девушка была куда более осведомлена, чем Ларк, потому что постоянно поглядывала в свой переносной ТехДек, будто ожидая дальнейших указаний. Она притянула Мота к себе, показывая ему какое-то сообщение.
Мысли роились у Ларка в голове. Он аккуратно направился в соседнюю комнату на своем МедСтуле. Его взгляд упал на панель управления вентиляционного блока, и он испугался. Совсем рядом, на полу в луже крови лежал мертвый часовой. Убит. Хотя это и не имело значения, он думал, кто это сделал. Мот или Рэн. Он снова посмотрел на двоих, стоявших у чемодана и что-то обсуждавших.
– Он здесь, – прошептала Рэн. – Он действительно здесь.
– Будет нелегко, – ответил Мот. – С ним наверняка будет много охранников.
– Мы не можем отступать, – сказала Рэн. – Они верят в нас.
– Я знаю. Что бы ни произошло, я буду с тобой, – они обменялись взглядами. Взглядами, которые дарят друг другу только близкие люди. Ничто не сможет разлучить их так просто. Рэн и Мот. Девочка, которая хотела покончить с собой, и гигант с зелеными волосами, который ее спас. Только для того, чтобы они умерли ради Шипов.
– Кто пришел? – спросил Ларк, приближаясь к часовому. Это была молодая женщина. Могло показаться, что она спала. Но у нее в груди была дыра. Ее шлем лежал на панели управления.
– Болт, – ответила Рэн, и сердце Ларка остановилось. – Мы освободим Болта.
Болт, лидер Шипов. Болт – глава восстания.
Рэн повернулась к ТехДеку. Его лечат в медицинском секторе. Поэтому мы должны действовать быстро, пока он еще здесь.
– Вы рискуете жизнью всех этих людей и Хорьков ради Болта? – Ларк потянулся к шлему.
– Да, теперь ты понял это, не так ли? – Рэн улыбалась, а ее рука лежала на плече Бага. – У нас появился шанс спасти великого героя восстания. День, после которого все будет по-другому. Мы не одни, Ларк. Сегодня все Шипы соберутся вместе, чтобы сражаться.
– Болт.
Это имя снова и снова звучало в голове Ларка, когда его пальцы сомкнулись на шлеме.
Болт, который сломал ему ноги. Болт, который пытал Рейну.
– Болт – наш герой. – Рэн кивнула, и ее черные птичьи глаза светились от волнения.
– Моя сестра и мои родители здесь. – Он взял шлем в руки.
– С ними ничего не произойдет, – Рэн надела маску с шипами, и Мот сделал то же самое. – Но мы должны их отвлечь, внести немного хаоса, чтобы спасти Болта. Вот увидишь, все будет хорошо.
День Шипов. День Решения. И Ларк принял свое решение.
Он надел шлем часового и активировал интегрированное устройство связи.
– Код Черный Камень, – сказал он.
Это был чрезвычайный код в случае нападения вооруженных группировок.
– Шипы в вентиляционном центре. Они хотят распространить газ и…
Он больше ничего не смог сказать, потому что Мот сорвал шлем с головы парня и отбросил его в сторону. Он быстро отреагировал, но было уже поздно. Тревога была объявлена, и Мот прекрасно это понимал. Его лицо скривилось, превратившись в гневную маску. Он вытащил Ларка из МедСтула.
– Каллисто! – ругался он. – Предатель!
Да. Он был предателем. Мот вытащил свое оружие и направил его на Ларка.
Баг от ужаса уронил свой пистолет и прижал к себе свою крысу. Ларк закрыл глаза, ожидая верной смерти. Не было никакого смысла объясняться. Он только надеялся, что часовые своевременно эвакуируют больных. Надеялся, что с его родителями и Розой ничего не произойдет. И что Болт никогда не выйдет на свободу, потому что этот мир не нуждался в очередном монстре.
Он умрет, но на мгновение он с этим смирился. Юноша жалел только о том, что не сможет посмотреть в глаза Рейны в последний раз. И о том, что не сказал ей о своих чувствах в тот день, когда они, промокшие, но счастливые, лежали около пруда.
– Погоди, – вмешалась Рэн. Она взяла Мота за руку. – Мы должны торопиться.
– А с этим что?
– Я о нем сама позабочусь. Он исключительно моя проблема, не так ли? – Рэн взяла в руки оружие, поворачиваясь к лежавшему на полу Ларку. Он посмотрел на ствол, нацеленный в его сердце, а затем в глаза Рэн, в которых он ожидал увидеть злость и решимость. Вместо этого он увидел в них только сожаление. В этот раз она не спасет его, но почему тогда ее руки так дрожали?