— Марк будет рад, — Руслан рассмеялся и, наконец, поднял руку со стаканом. Лёд глухо ударился о стеклянные стенки, — барбекю: его тема...
— Кстати, о Марке... он будет уже завтра утром.
— Планы изменились?
— Есть немного. Девочек мы отвезём на виллу сразу, как только Марк и Иванка будут здесь. Всю неделю они будут там. Пусть спокойно занимаются подготовкой.
Руслан кивнул, прижимаясь губами к краю стакана и сделал глоток рома. Захватил кусок льда, рассасывая тот во рту. Внимательно посмотрел на Нико.
— Редеет круг холостяков, — хмыкнул и загадочно улыбнулся.
— Это повод задуматься.
— Влада при любом удобном случае напоминает мне о том, что женщины — наша слабость.
— И наша погибель, — Николас прикурил сигарету, не находя своим рукам другого занятия.
— А у тебя их три.
И не поспоришь... Ката — раз. Агата — два. Ника — три. И он уже не раз задумывался о том, что ему нужен наследник. Но Агата почему-то отнекивается при одном его упоминании о сыне.
Они с Тузом так давно не виделись. Словно целая жизнь прошла, а не каких-то там полгода. Руслан заматерел ещё больше, чем прежде. Часть его лица и шеи украшал ожог. Говорят, что шрамы украшают мужчину. А шрамы, которые оставляют женщины - куда глубже и въедливей. Они не стираются из памяти и их не зарубцуешь новыми ранами. Они навсегда.
Николас кончиками пальцев потёр грудь. То место, где ему оставила клеймо его Агата. Чёрт... она ведь чуть было не отправила его на то свет! Всадила пулю, едва не угодив в сердце. Иногда ему кажется, что всё это было вчера. А порой тот поздний вечер снится ему. Снова и снова. Её испуганный взгляд и дрожащие руки. Ствол, который она обхватывала своими тонкими пальчиками. Это ведь он научил её стрелять. И знал. Шестое чувство подсказывало ему, что вся эта "школа" самообороны обернётся против него же.
— Приехали, — проворчал Рус, поднимаясь со своего места и впиваясь локтями в балконные перила.
— Нагулялись? — Нико перевёл взгляд на наручные часы. Время близилось к закату. Горячее марево наконец отступило, уступая место едва заметной свежести предстоящего вечера.
Автомобиль чёрного цвета плавно и неспешно пересекал просторный двор их семейного гнезда.
Николас встал рядом с другом, затушив сигарету в резной мраморной пепельнице, украшенной по центру черепом и надписью на латинском "Audi vidi sili".
И всё-таки... женщины. Как много в этом слове. Как мало объяснений тому, что они наполняют жизнь мужчины до краёв. И заставляют балансировать, в страхе потерять из чаши хоть одну каплю.
...
Влада усердно натирала хрусталь, добытый на одном из аукционов в столице. Это был самый настоящий раритет. Она влюбилась в эти фужеры, как только увидела. Это была любовь с первого взгляда. Посуда восемнадцатого века была настоящим сокровищем. И, наконец, появился повод пустить хрусталь в дело.
Свадьба Марка и Иванки. Она не была близко знакома ни с ним, ни с его невестой. Их знакомство было сумбурным и не оставило о себе приятных впечатлений. Хотя бы потому, что тогда, попав в месиво бандитских разборок, они все пострадали. И Руслан, и сама Влада, и их не родившийся ребёнок.
Первые полгода она винила всех. Она сходила с ума, перекидывая вину с одного человека на другого. И на себя, в том числе. Она провела много времени у психотерапевта, не жалея ни денег, ни времени на то, чтобы прийти в себя. На то, чтобы перестать искать виноватых, и пропустить эту боль через себя. Отпустить её и жить дальше.
Люди недооценивают психотерапию. Слишком недооценивают.
Как и то, что поддержка близких людей творит чудеса с разбитым сердцем и израненной душой.
Сейчас всё произошедшее осталось в далёком прошлом. Как и боль. Как злость на весь мир, которая разъедала её изнутри.
— Тебе помочь? — Влада оглянулась, замечая, что Руслан, наконец, сбрил растительность на своём лице.
— Ну, надо же? Ты меня услышал? — положила салфетку на стол и провела ладонью по его щеке, — а то я уж думала, что ты скоро станешь похож на своего дружка.
— Марка мне не переплюнуть.
— И не пытайся. Ты станешь похож на дровосека, если украсишь своё и без того мужественное лицо такой бородой, как у Марка.
— Как чувствуешь себя? — Руслан опустил обеспокоенный взгляд на выдающийся живот Влады. Она такая Дюймовочка. Как она носит на себе такой груз? Живот действительно большого размера. Там, должно быть, настоящий богатырь.
— Терпимо, — поджимает подбородок девушка, — когда он спит.