Я пробираюсь сквозь толпу и, добравшись до двери, толкаю ее с такой силой, что она раскачивается. Я замечаю ее недалеко впереди, разговаривающую с другой девушкой. Замедляю шаг, опускаю голову, прячась за людьми в оживленном коридоре. Закончив разговор, она продолжает идти вперед. Когда я подхожу ближе, она внезапно оглядывается через плечо, и как только ее голубые глаза встречаются с моими, я уверен, что это она. Ее взгляд расширяется в знак узнавания, прежде чем она начинает идти быстрее. Я ускоряю шаг, расталкивая людей с пути, чтобы добраться до нее. Я выхватываю лезвие, металлический щелчок заставляет некоторых женщин вскрикнуть, но остаюсь невозмутимым. Она снова оглядывается, замечает нож в моей руке и пытается убежать на своих высоких каблуках. Я сокращаю дистанцию, пока она не заскакивает в женский туалет.
Как только я оказываюсь достаточно близко, я без колебаний распахиваю дверь. Девушки внутри кричат от моего тревожащего присутствия, их вопли эхом отражаются от кафельных стен. Мой взгляд скользит по комнате, когда они пробегают мимо меня, чтобы убежать. Я не вижу ее, но знаю, что она прячется в одной из кабинок. Когда комната пустеет, я открываю ногой двери, одну за другой, и каждый грохот эхом разносится по уборной.
Как только я слышу шум несколькими дверьми дальше, я направляюсь к нему неторопливыми шагами, прежде чем ударить ногой по двери. Дверь с оглушительным треском распахивается, и я вижу ее, сидящую на сиденье унитаза и дрожащую от страха. Ее голубые глаза широко раскрыты и полны слез.
— Пожалуйста, не делайте мне больно, мистер, — умоляет она дрожащим голосом.
Рычание гнева вырывается из глубины меня, когда я бросаюсь вперед, мое терпение на исходе. Я не теряю ни секунды на колебания и грубо хватаю ее, одним быстрым движением перекидывая через плечо. Ее маленькая фигурка кажется хрупкой на фоне моего крепкого телосложения, но я игнорирую укол вины, который пытается вскипеть во мне.
Когда я шагаю с ней по коридору, она зовет на помощь, отчаянно сопротивляясь. Но ее крики сливаются с фоновым шумом ночного клуба. Я по-прежнему сосредоточен, хватка на ней крепче. Ее кулаки бьют меня по спине, ногти впиваются в куртку, но я остаюсь невозмутимым, поскольку каждый шаг приближает меня к выходу.
Запихнув ее в багажник своей машины, я, наконец, добираюсь до места назначения и выключаю двигатель. Когда она кричит, я делаю глубокий вдох. Что, черт возьми, со мной не так, просто сделай это. Отбрасывая свои сомнения, я открываю дверь и выхожу, направляясь к задней части машины. Я вытаскиваю свой клинок, прежде чем открыть багажник, и теперь она лежит неподвижно, ее глаза широко раскрыты, а я окаменел.
Я делаю шаг назад и спокойно поднимаю пальцы:
— Выходи нахуй. — Я спокойно приказываю.
— Вы собираетесь меня изнасиловать? Пожалуйста, не насилуйте меня. — Она шепчет сквозь рыдания.
Моя челюсть сжимается, но я не даю ей ответа, я делаю другой жест.
— Выбирайся нахуй, или я тебя вытащу.
Собравшись с силами, она медленно садится в нерешительности, прежде чем, наконец, выпрыгнуть из багажника. Когда она пытается убежать, я хватаю ее за плечо и с силой притягиваю к себе, показывая свой нож.
— Прекрати издеваться надо мной, Харли. — Я сжимаю зубы от гнева, и она поднимает на меня взгляд:
— Харли? Я не Харли, я Стар.
Я с рычанием приподнимаю бровь и толкаю ее вперед:
— Да, блядь, точно.
— Я серьезно, мистер. Вы взяли не ту девушку!
— Заткнись. Заткнись. — злобно выкрикиваю я, прежде чем быстро развернуться и ткнуть ножом ей в лицо. — Я, блядь, убью тебя!
Она тяжело сглатывает от моей зловещей угрозы, ее губы плотно сжимаются, а тушь стекает по щекам. Как только я убедился, что она относится к этому серьезно, я продолжил тянуть ее к особняку моего дяди, теперь ее сопротивление прекратилось.
Войдя, я тащу ее за собой и сразу же замечаю своего дядю, стоящего к нам спиной и увлеченного беседой с мужчиной, которого я не узнаю. Он оборачивается на звук нашего появления, его глаза мгновенно останавливаются на хнычущей девушке рядом со мной. Я пользуюсь моментом, чтобы оценить его — на нем его обычные серые обтягивающие брюки, начищенные ботинки и наполовину застегнутая белая рубашка с закатанными рукавами. Мой дядя совсем не похож на меня: он намного ниже ростом, но шире в плечах. Единственное сходство — наши черные волосы.
Он делает рассчитанные шаги вперед, когда мы останавливаемся посреди огромного, сверкающего белым фойе. Когда он останавливается, его глаза не отрываются от нее. Опустив голову, она избегает его пристального взгляда, но я чувствую, как ее тело дрожит под моей хваткой. Он протягивает руку и хватает ее за лицо, заставляя поднять на него взгляд. Их взгляды встречаются, и он просто смотрит на нее, в воздухе потрескивает безмолвное напряжение. Я перевожу взгляд с одного на другого, меня гложет нетерпение.