Когда они у него в руках, он отпускает мое горло, прежде чем сделать шаг назад и натянуть их на мои конверсы. Когда влажная ткань касается моих голых ног, я приподнимаюсь, чтобы он мог продолжить надевать их на меня. Он засовывает их глубоко в щелку моей задницы, прежде чем выпустить с резким щелчком.
Без предупреждения он хватает меня за волосы, откидывая их назад, заставляя меня зашипеть, и когда я, наконец, открываю отяжелевшие глаза, я безмолвно смотрю на Хелла, наши взгляды говорят о том, на что не хватает слов.
Он медленно приближает свой рот к моему, его теплое дыхание касается моих приоткрытых губ.
— Теперь возвращайся к нему, одетая в то греховное месиво, которое ты только что создала для меня. Пусть каждый шаг напоминает тебе о том, как я унизил тебя сегодня вечером, и как ты наслаждалась каждой грязной секундой этого.
Мой живот скручивает от чувства вины, но я не показываю этого, когда он заглядывает мне в глаза, прежде чем снова скользнуть вниз по передней части моего тела.
— Ты чертовски идеальна, Нуар. Каждая твоя частичка. Никогда не сомневайся в этом, — говорит он, его слова грубы, но искренни.
Странное ощущение пересиливает вину, которую я только что испытала, но я продолжаю сохранять невозмутимость, даже если безумная связь между нами непонятна для нас обоих. Его острая челюсть заметно напрягается, его поведение показывает искушение взять больше, чем мы договорились, прежде чем он внезапно отпускает меня, его тепло рассеивается по моему телу.
Мои глаза закрываются, затем я опускаю взгляд на себя, замечая, что мои бедра украшены его подарками. Поворачивая голову в поисках Хелла, я обнаруживаю, что он ушел, растворился, как призрак в ночи, оставив меня одну после нашего развратного момента.
Нахмурив брови, я зову его:
— Хелл? — мой голос эхом разносится по пустому зданию, но ответа нет.
Я все еще чувствую его обжигающее прикосновение на своей коже, когда сижу в той же позе. Почему он ушел так быстро?! И внезапно меня осеняет, что он первый мужчина, которому это удалось. Мне понравилось, как он управлял ситуацией, и в то же время позволил мне контролировать свое удовольствие.
Действительно ли Хелл монстр, которого он изображает? Он дышит злом, но излучает прекрасную тьму, которая проникает в мою душу. Почему у меня такое чувство, что это начало конца и то, что, между нами, не прекратится? Я уже чувствую, что разрушаюсь каждый раз, когда он хочет что-то у меня отнять. Мне нужно избегать его любой ценой или уйти совсем. Я не могу привязаться к нему только потому, что он единственный мужчина, который когда-либо заставлял меня чувствовать то, о чем я и не подозревала.
Я должна решить, что делать с Илаем, и разобраться в том, что произошло сегодня вечером. Возможно, отказ от приема лекарств вызвал у меня психопатическую галлюцинацию, когда я увидела Арабеллу, мучительное напоминание о том, как сильно я скучаю по ней и что я здесь, на каком-то гребаном карнавале убийств, и больше не ищу ее. Возможно, это знак того, что мне вообще не следовало здесь находиться.
После некоторого времени одиночества я собираю свою одежду и одеваюсь, начиная чувствовать, как меня охватывает беспокойство при мысли о том, что я снова буду здесь одна.
Наконец-то выйдя из Комнаты смерти, я возвращаюсь в трейлер, каждый шаг отягощен сумятицей ночных событий, влажностью моих трусиков и дискомфортом от ран, врезавшихся в мою плоть.
ГЛАВА 9
Убедившись, что она вернулась домой, я жду в тени, наблюдая, как она входит в свой трейлер. Как только дверь за ней закрывается, моя челюсть напрягается, и я задерживаюсь еще на мгновение, не сводя глаз с того места, где она исчезла.
Я наконец отворачиваюсь, направляясь обратно к своему трейлеру, лезу в карман кожаной куртки. Я достаю сигарету и закуриваю, втягивая в легкие успокаивающие, ядовитые пары.
Любуясь ярко-красным пятном ее крови на моей руке, это зрелище заставляет мой ноющий член подергиваться под обтягивающими джинсами, мои мысли сходят с ума, когда я думаю о том, как близко я был к потере контроля. Мне пришлось уйти, но я далек от завершения. После сегодняшней ночи я точно знаю, что у моей Куколки, как и предполагалось, есть скрытые демоны и фантазии. Теперь я знаю, что меня привлекает в ней, и жажду ее гребаной темноты.