Она стонет в клейкую ленту, ее глаза закатываются, когда она теряет себя. Лежа рядом с ней, я наклоняюсь, свободной рукой тянусь и сжимаю ее бедро, чтобы держать ее открытой, пока я вгоняю свой кулак в нее и вынимаю из нее с возрастающей силой, пытаясь заставить ее кричать для меня, но все, что я слышу, это влажные звуки ее киски, эхом разносящиеся по комнате.
Чувствуя, как ее сиськи подпрыгивают на моей обнаженной груди, я опускаю взгляд вниз, прежде чем подразнить один из ее сосков языком. Ее тело выгибается дугой на кровати, когда она стремится к оргазму, ее дыхание становится все более неистовым. Я чувствую нарастающее давление внутри ее влагалища, то, как ее мышцы сжимаются и трепещут вокруг моей руки. Зрелище того, как она отдается наслаждению, как ее тело извивается подо мной, почти невыносимо для меня.
Одним последним, сильным движением я толкаю ее через край.
Ее тело содрогается, блаженство накатывает на нее волной. Я продолжаю трахать ее, растягивая ее оргазм настолько, насколько могу, чувствуя каждый спазм и сокращение, когда она распадается на части вокруг меня.
Я отпускаю ее сосок, поднимаю голову, чтобы посмотреть на нее сверху вниз, вижу, как она сдерживает крик, который отчаянно хочет издать, и это только заставляет меня восхищаться ею еще больше. У нее есть сила воли. Как всегда, упрямая маленькая долбаная Куколка.
По мере того, как она постепенно выходит из кульминации, моя рука замедляется внутри, пока, наконец, я не высвобождаю ее из нее. Я собственнически глажу ее подергивающуюся влажную киску рукой, глядя на нее сверху вниз, как будто я выиграл приз, о котором всегда отчаянно мечтал.
— Ты такая чертовски идеальная, — хриплю я. — Ты создана для этого, создана для меня.
В оргазмическом оцепенении она запускает пальцы в мои длинные волосы на затылке, заглядывая мне в глаза, пока мы разделяем мгновение, затем я встаю с кровати.
Пока я собираю свою толстовку и куртку, она поспешно натягивает рубашку, и когда я поворачиваюсь к ней лицом, она уже сидит на краю кровати, украдкой оглядываясь на Вялого Члена, который все еще спит, и она выглядит смущенной этим.
Я опускаюсь перед ней на колени, возвращая ее внимание к себе, и мой взгляд задерживается на клейкой ленте, которую она так и не сняла, молча ожидая, когда я позволю ей снять ее. Я поднимаю руку, зажимаю край ленты и отдираю ее, она издает резкое шипение от внезапного укола.
Ухмылка растягивает мои губы, когда я ненадолго опускаю взгляд, доставая кое-то из внутреннего кармана. Мгновение я держу ее в руке, разглядывая причудливые черты: ненормальная плюшевая куколка с черными глазами, крошечным носиком пуговкой в тон, косичками из кремовой пряжи и маленьким розовым платьицем. Когда я поднимаю на нее взгляд, она пристально смотрит на мягкую игрушку, на ее лице смесь любопытства и благоговения. Я протягиваю ее ей, и она осторожно принимает ее, баюкая в ладонях. Ее большие пальцы впиваются в грубую ткань, пока она держит игрушку на коленях, а ее остекленевший взгляд находит мои глаза.
— Это для тебя, моя маленькая Куколка, — бормочу я.
Она слабо кивает в знак молчаливого признания подарка, эмоции играют на ее лице, пока она впитывает весомость его значения.
— У тебя получилось? — шепчет она в ответ с дрожащей нижней губой.
Я слегка киваю в ответ, и она набрасывается, ее губы прижимаются к моим, что застает меня врасплох. Она обвивает руками мою шею сзади, одновременно просовывая свой язык мне в рот, мгновенно сливаясь с моим, и я рычу, скользя руками вверх по бокам ее бедер под рубашку.
Я не из тех, кто мягкотел, и Куколка точно знает, насколько я извращенец, но мне нужно, чтобы она поняла, что я хочу ее. Если обнажение этих маленьких частей моего тела означает, что я снова увижу это выражение на ее хорошеньком личике — то, от которого только что у меня по спине пробежала дрожь, — тогда я это сделаю. Теперь я испытываю тот же опьяняющий прилив, когда доставляю ей удовольствие, причиняю боль и унижаю ее. Я полностью зависим от каждой ее эмоции, от каждой реакции, которую она дает.
ГЛАВА 15
Просыпаясь утром, яркий свет дня проникает сквозь ставни. Я постепенно открываю отяжелевшие глаза, в голове стучит, подкрадывается похмелье. Я поднимаю голову, оглядываясь по сторонам, пока не замечаю Илая, все еще спящего рядом со мной в той же позе, что и прошлой ночью, отвернувшись от меня. Переворачиваюсь на спину, опускаю голову на подушку, пока вспоминаю, как прошлой ночью Хелл овладел мной так, что я и не подозревала, что мое тело справится.