Мне стало очень грустно за Киаварна. Но наемник улыбнулся.
— Думаю, они старались, — произнес он тихо. — Все. Наша с Люком мама всегда была приветлива с моей. Я даже не задумывался в детстве о том, что им с герцогом меня навязали по сути. Или о том, что думал и чувствовал супруг моей матери.
— Бедняга был влюблен в твою мать по уши, — вздохнул Малройд. — Он был даже согласен тебя воспитывать и признать собственным сыном. Но, будучи всего лишь сыном барона, юноша был недостаточно знатен, чтобы потом тебя можно было объявить наследником престола. Кавертину непросто пришлось, когда он устраивал твою судьбу и свадьбу Мелинды. Но он постарался. Дал за ней отличное приданное…
Я представил, что мне пришлось бы смотреть, как Лайла выходит замуж за Дика или еще кого-то, да еще и способствовать этому! Грр! Пожалуй, в какой-то момент я бы попросту не выдержал и сожрал счастливого жениха! И уж точно не оставил бы своего детеныша незнамо кому!
«Так. Стоп. В смысле не оставил бы⁈» — я замер, пораженный собственной мыслью.
Если чисто гипотетически предположить, что у нас с Лайлой будут дети, то… что? Должен ли я буду уползти от них как можно дальше? Лучшее, что самец шоргота может сделать для своего потомства. Не уползти то есть. Уйти. Да. Держаться подальше, чтобы… не навредить им. Ему? Или ей?
Мне представилось покрасневшее от гнева и возмущение лицо Лайлы. Кажется, в руках моей магини разгорался нешуточный фаербол.
«Куда это ты намылился, Даммар⁈»
Ну, не сожру же я их в самом деле? Тогда что… Значит ли это, что мы с Лайлой будем заботиться о детенышах вместе⁈ Так, как это делают люди⁈ От ужаса кончики моих кнутов похолодели. Я ж ведь понятия не имел, как люди это делают! Наблюдал прежде издали, пока Лайла и ее братья росли. Но никогда не примерял к себе! Даже мысленно!
Киаварн вздохнул. Видимо, все это время наемник думал о чем-то своем. Тоже сложном.
— Из меня ведь выйдет никудышный король? — произнес он почему-то вопросительно взглянув на Малройда. — Бродяга, наемник… Я просто не создан для этого.
— А Кавертин был создан, чтобы петь в кабаках, — неожиданно усмехнулся маг. — Притворяться бродячим бардом у него получалось лучше всего. И это единственное, что он любил делать до того, как стал королем.
Мы с Киаварном изумленно уставились на мага.
— А теперь? Он так еще делает⁈ — жадно осведомился наемник.
Малройд пожал плечами.
— Сам у него спроси.
Возможность прояснить этот животрепещущий вопрос Киаварну представилась вскоре. Объявив о своем решении уйти из дворца, Киаварн получил королевское приглашение в тронный зал. Что означало пышную аудиенцию, да еще вместе с нами. Король пожелал попрощаться с сыном и его спутниками лично. Я чувствовал себя польщенным. На кухне все яства, какие были, я уже перепробовал. Теперь мне и самому до ужаса хотелось узнать, переодевается ли Его Величество Кавертин до сих пор в бродячего барда. А, если повезет, было бы здорово послушать пару песен в его исполнении. Малройд клялся, что у короля отличная манера исполнения и великолепный голос. Он даже победил в парочке местечковых конкурсов, куда пробрался еще принцем инкогнито!
В общем, Киаварн шел на встречу с королем в приподнятом настроении, да и я тоже. В конце концов, если Кавертин приходился ему отцом, а меня наемник все чаще, хотя и в шутку именовал сыном… То это что-то ведь значило?
А вот Лайле и Малройду королевское приглашение не понравилось. Аудиенция взволновала их. Я думал, что моей магине сложно подобрать платье. То, лучшее, что мы купили специально для дворца, слегка испачкалось, пока она гуляла по саду, и теперь сохло в ее покоях. Король расщедрился выделить девушке отдельные, чтобы ей не пришлось ночевать вместе с кем-то из нас. Порой я совершенно путался в человеческих обычаях. Как по мне, так лучшими были те ночи, что мы проводили вместе на сеновале под моим плащом, плотно прижавшись друг к дружке и глядя на звезды!
Но вот так. Пришлось мне смириться с компанией Дика и Тильзана. Малройду и Киаварну покои тоже достались отдельные. Магу из уважения, а Киаварну король по сути весь дворец был готов предоставить, лишь бы взял!
Погруженный в эти мысли, я шел по коридору вместе с остальными. Сложно все-таки быть человеком. Даже отчасти. Шорготам проще. Думаешь лишь о еде и том, где ее достать. А тут… Мой взгляд зацепился за насупленные брови Малройда. Магу-то что не нравится? Король вроде бы его друг? Или обижен, что так и не поговорили наедине с Его Величеством? Впрочем, откуда мне знать, может, король его и позвал на встречу втайне от нас.