— Это воины герцога Эжского, — угрюмо отозвался Киаварн.
Наклонившись, мужчина тщательно обыскал труп. Остальные наемники последовали его примеру. Тильзан при этом выразительно скривился, но вскоре уже потрясал раздобытым кожаным кошельком. Надо сказать весьма тощим. Лишь Малройд и Дик остались в стороне, пока остальные наемники мародерствовали. Ну, или делили законную добычу, как тут посмотреть. Мы же не звали этих людей к своему костру! Они напали сами!
— И почему воины герцога напали на нас? — осведомился я.
Лайла как смогла, объяснила мне строение человеческого общества. Учитывая, что ей самой в ту пору было десять лет, и многого она не понимала, я не считал себя знатоком. Но кое-что все же уяснил. По сравнению с герцогом Эжским, кем бы он ни был, Киаварн и остальные были мелкими сошками.
— В меня когда-то была влюблена его супруга, — угрюмо отозвался Киаварн. — Герцог так и не смог мне этого простить.
Сказав это, Киаварн отвернулся от нас и резким движением закутался в свой плащ, словно ему стало холодно. Остальные наемники угрюмо молчали, но удивленным никто из них не выглядел. Похоже, они знали эту историю.
— А ты молодец! — неожиданно произнес Тильзан, явно глядевший в мою сторону. — Не растерялся, гад ползучий! Хорошую трепку им задал! Если бы не ты, пожалуй, мы бы точно кого-нибудь потеряли на этот раз!
— Даммар и, правда, подоспел весьма кстати! — взяв себя в руки согласился вновь повернувшийся к своему отряду Киаварн. — Думаю, самое время похоронить тела и приготовить что-нибудь вкусненькое!
Я раздосадовано смотрел, как люди оказывают своим врагам последние почести. Внутри меня боролись шоргот с шорготом. Понятия не имею, с каких пор их там завелось два. Или шоргот со своей искрой, как ту посмотреть.
«Даже не думай! Ты обещал Лайле!» — заявил один из них, нависая над другим и угрожающе раскачиваясь.
Я и не собирался. Но никак не мог отделаться от мыслей, вернее образов, о том, как ползу по пустынной части Угрюмых Болот. И вокруг нет ничего кроме редкого сухого кустарника. Ничего съестного… Оказывается, мало покинуть Угрюмые Болота, чтобы перестать быть их частью!
«Сделаешь это, и люди станут боятся тебя! А наемники избавятся при первой возможности!» — привел тот, верный Лайле шоргот безотказный аргумент. — «Ты покинул Угрюмые Болота, чтобы пожирать вкусное, а не всякую падаль в доспехах!».
Вкусное! Мои утки! Я с шипением кинулся туда, где их оставил. К счастью, в пылу сражения никто на них не наступил! Издав восторженный рев, я подхватил их с земли и потащил к Тильзану.
— Ты их приготовишь⁈ — с восторгом попросил я. — Правда, же⁈
— Э-м-м, — на лице полукровки, разглядывавшего весьма мокрые утиные туши, отразилось замешательство. — Здорово ты их обслюнявил друг… Прям очень. В пасти нес, что ли?
— Ну да!
На породистом лице Дика отразилось отвращение. Он-то уже предвкушал жаркое из фаршированной утятины!
— Я это есть не буду! — брезгливо заявил эльф.
— Ничего, вымоем! — решил наемник. — Только вот, сыра-то у меня нет. Закончился. И приправ осталось не густо. Придется овощную похлебку с утятиной сварить! Это и побыстрее будет… Опять же, уток всего две, если на всех, точно надо что-то добавить…
Я разочарованно лупанул хвостом по земле. Вот ведь несправедливость! Во всем виноваты гадские воины Эжского герцога и он сам! Уж задам я ему при встрече за то, что испортил ужин!
Ш-шор! Шш-шорх! Этот звук не спутаешь ни с чем другим. Я почувствовал приближение сородичей задолго до того, как они показались. Сильные, массивные, они сосредоточено ползли по песчаным дюнам. Я насчитал с десяток, прежде, чем бросил эту бесполезную затею — считать. Их в любом случае слишком много, чтобы я сумел справиться с ними. А, значит, оставалось лишь затаиться, подивившись, что впервые вижу сородичей, которым удалось договориться. Вернее, поладить между собой настолько, чтобы скоординировать свои действия. Они ползли куда-то в едином ритме, едином направлении…Любопытство все же возобладало над моим разумом, и я осторожно пристроился сбоку, чтобы выяснить, куда же они ползут. Держась в отдалении, я поднялся на песчаный холм в той стороне, куда они устремились. И замер.
Там внизу была Лайла. И еще какие-то люди, в чьих окровавленных уставших лицах я не сразу узнал наемников. Мои сородичи ползли, чтобы убить моих людей. Не помня себя от ярости, я зарычал и кинулся им наперерез. Ну и что, что их слишком много. Каждый шагоргот умирает лишь единожды, верно?
— А-арр! — я очнулся от громкого протяжного рева, оглашавшего окрестности и завертел головой, пытаясь отыскать источник звука, чтобы его прикончить.