Наконец мы все-таки пришли к деревьям, в листве которых скрывались гоблины дозорные. Они спустились вниз, настороженно наставив на нас свои луки. Но, убедившись, что это мы с Лайлой и Диком, а так же в дружелюбности намерений нашего небольшого отряда, молодые гоблины отвели нас в свою деревню, оживленно переговариваясь по пути. Значения некоторых слов я не понял, видимо, это был их родной язык, очень похожий на человеческий, но все же другой. Но, судя по тону, все четверо пребывали в приподнятом настроении и наше появление они сочли хорошей новостью.
Как же они ошибались! Мне еще только предстояло познать коварство человеческой натуры до конца. Но гоблины-то родились с герцогом Эжским и ему подобными в одном мире! Придя в деревню мужчина первым делом заключил сына в объятия.
— Бэур! — воскликнул он, бросившись к мальчику.
В этот миг, пожалуй, стало очевидно, что они и, правда, отец с сыном, не смотря на некоторое внешнее сходство Бэура с Киаварном. Оба зеленоглазые, у них даже оттенок светлых волос был один на двоих. «Скорее, они все трое между собой похожи!» — вдруг догадался я. Если как следует присмотреться к чертам Киаварна и его злейшего врага, то можно было заметить определенное сходство. Которое проявилось еще сильнее у Бэура. У шорготов тоже бывает подобное. Одинаковые или очень похожие узоры на шкуре.
Просиявший Бэур повис на шее отца.
— Ты ведь их не тронешь⁈ Гоблины смогут здесь жить⁈ Ты не станешь их прогонять⁈ — взволнованно затараторил он.
Старейшины и молодые гоблины, вооруженные луками и копьями ожидали ответа от герцога Эжского с не меньшим интересом, чем мальчик.
— Конечно! — широко улыбнулся герцог. — Мир! Я благодарен вашему племени за гостеприимство, проявленное к моему сыну!
При этом он даже чуть поклонился старейшинам. На мгновение золотые кудри завесили его лицо, но я разглядел выражение, что они скрыли. Коснувшись разума герцога Эжского, я ужаснулся. Столько концентрированной ненависти я ощущал последний раз исходящей от Дика! Аккурат перед тем, как он надумал кинжалом проверить твердость моей шкуры!
Старейшины пригласили Киаварна и герцога Эжского разделить с ними мясную похлебку из куропаток. По обычаям гоблинов, должно быть, это был жест мира, предложение дружбы. По крайней мере, так мне объяснял Тильзан. Что в человеческом мире вместе поесть обычно означает хотя бы перемирие. Герцог не отказался. Он сделал пару глотков из доставшейся ему глиняной миски, в то время, как Киаварн слопал все под чистую и поблагодарил гоблинов. Они обговорили условия, на которых деревня остается во владениях герцога. Их было всего два. Не трогать людей, их пастбища, пашни и их скот. Держаться от людей подальше. Гоблины желали того же самого со стороны людей.
Нам с Лайлой, Диком и Бэуром, кстати, тоже досталась похлебка. Только сесть пришлось не у костра, где были старейшины, а вместе с дозорными, с которыми так сдружился Бэур. Гоблинята поведали, что поначалу понятия не имели, кем является их новый друг. Думали, что он обычный человеческий детеныш. Но потом Бэур сознался в своем происхождении. И даже предложил измученному племени свою помощь. Правда, на этом моменте показания всех сторон путались. Бэур утверждал, что похищение было его собственной идеей. Гоблинята подтвердили это, но с определенной заминкой, виновато косясь в сторону старейшин. Я заподозрил, что мальчишку похитили бы в любом случае. С его согласия или без. Только он об этом не знал.
Малройд от похлебки отказался. Вместо этого он захотел осмотреть деревню и пообещаться с теми гоблинами, что владеют магией. Его интересовали отличия их искусства от его собственного. Гоблины весьма охотно делились с ним, не забывая расспрашивать про особенности человеческих заклинаний. Идиллия. Если бы не темный омут, воцарившийся в разуме герцога Эжского. От его мыслей буквально несло разложением и гнилью, почище, чем от Угрюмых Болот. Он собирался предать. Я предупредил об этом Лайлу и Дика, а те в свою очередь прошептали гоблинятам-дозорным, чтобы были настороже.
Поднять тревогу громко я попросту не решался. Если начнется сражение, то может пострадать Бэур. И прочие «невинные», словечко, любимое Киаварном, чье значение я постигал лишь сейчас. Прежде мне казалось, что все люди одинаковы, надень на них блестящий доспех, и они отправятся на Угрюмые Болота уничтожать мне подобных ради наших шкур и клыков. Но теперь я понимал… «Невинные» могут быть даже среди гоблинов. Это те, чьей смерти ты ни в коем случае не желал бы допустить.
«А еще те, кого защитить труднее всего!» — подумал я, взглянув на молодую гоблиншу, прижавшую к груди пищащий сверток. С такой ношей далеко ей не убежать в случае сражения. Один случайный удар мечом герцога Эжского и нет обоих. А церемониться в случае сражения он бы не стал. Он ненавидит гоблинов. Примерно так же, как меня ненавидел Дик. Возможно, у него даже есть на это причина. Мне и самому довелось сражаться с их народом…