5
Ольга.
– Ну так увольте меня, – отвечаю ему и встаю возле окна, и смотрю на центральную улицу на то, как люди снуют по своим делам, ездят машины. – Я знаете ли тоже не собираюсь терпеть похабные шуточки в свою сторону!
Я поворачиваюсь в его сторону, и сразу понимаю, что что-то не так. Он осматривается, затем проверяет дверь, и подходит ко мне. Понимаю, что вся эта конфронтация неуместна, когда он располагает свои руки на окне по обе стороны моей головы, наклоняется и шепчет на ухо:
– Можешь не беспокоится на счёт своего наказания, – он выпрямляется, и его внимание сосредоточено на моих губах накрашенных алой помадой, и готова поспорить его кадык дёрнулся, затем его взгляд устремился в мои глаза. – Я позабочусь об этом позже.
Вот так, вся моя храбрость и сила испарились в один момент. Я могла бы пожаловаться его отцу на него, но кому он поверит? Старшему юристу или своему сыну?
Я вздрагиваю, когда его рука поднимается. Я ожидаю, что он сейчас схватит меня за грудь, но он схватил меня за подбородок, и снова уставился на мои губы.
– Чертова помада, – шепчет, и большим пальцем касается нижней губы, ведёт строгую линию по моей аккуратной, но выраженной скуле. – Не крась больше губы.
Он отходит от меня, опуская руки в карманы брюк, расправив свои широкие плечи.
Он взбалмошный, бессердечный мудак. Однако удивил меня. Он не стал приставать, хотя я отчётливо видела его потемневший взгляд, и ощутила его дрожавшие пальцы, словно боялся прикоснуться, но вместе с тем ему ужасно этого хотелось. Он…Отступил?
– Ольга?
Он резко произносит мое имя, от чего я вздрагиваю. Я смотрю на него: заострённые линии его челюсти, небольшая щетина на щеках, и изгиб губ, которые хотелось почему-то ощутить на своих. Просто глядя на него, складывается впечатление, что я вдыхаю полные легкие огня.
Потому что он опасен, и он, кажется знает об этом также, поскольку тычет своим пальцем по направлению рабочего стола, четко произносит:
– За работу!
Александр.
С адресом Ольги, который вбит в навигатор в моем телефоне, я разворачиваю свой ровер в сторону её улицы. Не спрашивайте где я взял адрес, и зачем я еду к её дому. Это не преследование, и сама идея ехать к её дому, кажется не такой уж и плохой.
У меня нет плана, кроме того, чтобы Ольга не догадалась о моем везите. Мне просто необходимо убедиться, что она живет одна, а не с каким-то говнюком. По крайней мере в её личном деле, нет ни слова о замужестве и детях, значит теплится надежда на то, что она свободна. Очень хочется в это верить, но с тем же понимаю и что мне это даст? Ведь я не свободен.
Но это? Появится возле её дома? Я определенно перехожу все гребаные границы.
Сумерки нависают над городом.
Мне нужно было взять такси, но я об этом не подумал, когда спускался в подземный паркинг, и садился в свою машину.
Следую навигатору, я еду вдоль обычных пятиэтажек. Громоподобный гул моего двигателя заставляет жителей выглядывать из своих окон, а пешеходов останавливаться и смотреть восхищенными глазами на мой ровер. Думается мне, что я не смогу оставить эту машину на улице без присмотра.
По моим венам течёт гнев, и заставляет вдавить педаль газа до отказа. Меня ждёт неизвестность.
Через пару минут паркуюсь на маленькой парковке, где мой ровер явно выделяется среди отечественного автопрома, заглушив двигатель и приковав своё внимание к её дому. Она уже должна вернуться домой, но в её окнах было темно. Где она?
Простояв так около полу часа, я уже собираюсь уезжать, как к дому подъезжает чёрный байк. Водитель снимает шлем. Темноволосый, спортивного телосложения. Он слишком плохишь, чтобы встречаться с такой, как Ольга. Черт, лучше ему не быть её парнем.
Я поддаюсь вперёд, и наклоняю шею, чтобы лучше его разглядеть. Он поставил байк на подножку, заглушил двигатель. Он слезает с байка, и подходит к подъезду, садясь на скамейку, закуривает сигарету и что-то ищет в телефоне.
Мои нервы напряжены…
Кто это, черт возьми? Вот он кому-то звонит, перекидываясь парой слов, он отключает звонок. Докуривает сигарету. В мою сторону он не смотрит, хотя на его месте, я бы удивился если бы увидел во дворе обычной хрущёвки – ровер.
Нужно уезжать. Я все ещё твержу себе это спустя пол часа. Одиннадцать часов вечера. Где она, мать твою? И этот тип на байке тоже тут шкуру свою трёт. Все. Это не моя проблема. Я дотягиваюсь до ключа зажигания, и в этот момент приходит сообщение.
Лина: Милый, вечер в силе?
Я пообещал Лине провести этот вечер вместе, когда переписывался с ней на работе, но перед глазами стояла круглая задница Ольги. Я хотел освободятся от накопившегося желания с Линой, однако я отвечаю ей: