— Кто это был? — тихо спросила я.
Теперь ухмылка Рейна стала саркастической.
— Это был Данте. Он почувствовал мое пробуждение. Он единственный из нас, кто на расстоянии пятидесяти миль может ощущать, когда кто-то из «спасшихся» людей погибает. Даже Мелори, которая в пять раз старше его, такого не может. Но тогда я этого не знал, как и всего остального. Данте отвел меня к ним в особняк и так я появился здесь. Мне все объяснили, и я начал жить жизнью мертвого. Перерубленные мышцы правой руки немного срослись и, после недолгих тренировок, мне опять удалось нормально ею двигать и рисовать как раньше. Я не пытался найти Уильяма, так как знал, что даже если и найду его, все будет только хуже. После того я его больше не видел… до вчерашнего дня. Он окликнул меня на улице, когда я шел со школы. Сначала я не узнал его и даже спросил, кто он. Когда он назвал свое имя, я узнал его. Теперь он был выше меня на две головы, коротко подстрижен, с легкой щетиной, в красивом костюме, опрятный и ужасно удивленный. Я не знал, что сказать. А когда обратил внимание на девушку, то почему-то взбесился и сказал, что он ошибся, что я никакой не Рейн. То разочарование, которое выразилось на его лице, заставило меня пожалеть о сказанном. Но он ушел быстрее, чем я опомнился. Весь день я думал о том, что случилось, а сегодня, поняв, какую ошибку сделал, решил напиться. Но мне отказывались продать алкоголь, пока я не показал им свой паспорт!
Последнюю фразу Рейн чуть не прокричал.
— И это стало последней каплей, — догадалась я, на что парень кивнул.
— Уильям был уже взрослым, не бездомным и наверняка счастливым. А что я? Я мальчишка, у которого даже растительность на лице не успела появиться! И таким я останусь до конца своих дней. Все будут считать меня ребенком, даже когда мне стукнет шестьдесят! Как я могу так жить?
— Просто перестань думать об этом как о проблеме, — ответила я первое, что взбрело в голову. — Каждый минус можно превратить в плюс, главное поставить правильно линию.
— Ты всегда говоришь метафорами, когда не знаешь ответа? — спросил он с сарказмом, изогнув брови.
Я пожала плечами.
— Не знаю, это получается само собой. Во всяком случае, тебе просто нужно смириться с тем фактом, что ты другой. Если всегда обращать внимание на негативное, то не заметишь позитивного. Посмотри на меня, я умершая всего полгода, но почти не волнуюсь об этом. Да, иногда и у меня бывает депрессия, но она быстро проходит, когда я вспоминаю о том, что этого не изменить. А если не можешь изменить — приспосабливайся. Понял?
Рейн опустил голову и легко кивнул. Я улыбнулась. Внезапно со стороны коридора донеслись шаги и, спустя пару секунд, дверь комнаты отворилась, и вошел Данте. Он был непривычно серьезен, так, что мне стало не по себе.