— Я этого не говорил.
— Уверен?
— Абсолютно.
— Что ж. Ну, как я и говорил. Поскольку у нас не будет оргии… так? Хоть с кем-нибудь. Серьёзно? Никто? Бр. Отлично. Поскольку оргии не будет, я защищу твою честь. Потому что ты мой единственный и неповторимый.
— Я уже не очень тебе верю, — произнёс Гэри. — Из-за оргии.
— Ты должен вести себя как бог, — проинструктировал я. — Правдоподобно. Чтоб все поверили.
Кевин наклонил ко мне голову.
— То есть как обычно?
— Что? Нет! Полная противоположность обычно. Максимально далеко от твоего привычного поведения. Просто не веди себя, как обычно, и будешь на верном пути.
— Понял. Вести себя нормально. Потому что я бог. Мне нужен акцент? Кажется, да. У нормальных людей есть акцент. Это тфой бох гофорит. Поклонись мне.
— Мы обречены, — простонал я.
— Нужно срочно сделать что-то с твоим пессимизмом, — заметил Гэри. — Может чуточку веры? Я имею в виду, просто посмотри на нас.
Я посмотрел. Безрогий гей-единорог, созданный из радуги и стервозности. Полувеликан, который хотел всё крушить. Дракон, который подмигивал мне и цокал языком. Принц, которого я хотел защитить, и в то же время ударить по лицу. Рыцарь, от которого замирало сердце.
— Мы обречены, — снова простонал я. — Обречены!
— Дракон, — позвал Гэри.
— Да, свет моей жизни?
— Я не хочу сегодня умирать. И не хочу, чтобы сегодня умерли мои друзья. И под друзьями я имею в виду Сэма и Тигги.
— Эй, — возразил Райан, звучно выругавшись. — Я думал, мы друзья.
Гэри повернулся и посмотрел на него прищурившись. Это было довольно пугающе.
— С чего ты так решил?
— Гэри, — протянул я.
— Ну ладно, — прорычал он. — Джастин и Райан тоже не могут умереть. Но они мне не друзья. Особенно Джастин. Но в основном Райан.
— Ох, — выдохнул Джастин. — Я сейчас расплачусь.
Райан выглядел расстроенным (похоже, слова Гэри его задели).
— Я защищу вас всех, — пообещал Кевин, выпятив грудь и подняв голову. Он сверкнул глазами, а из его носа вырвались язычки пламени. — А потом мы поговорим об оргии.
Мы выстроились в ряд, спиной к замку, ожидая Элоиз и жутких жителей Таркер Миллс. Райан оказался рядом со мной и постоянно пытался протиснуться вперёд.
— Что ты делаешь? — прошептал я.
— Ничего, — ответил он, а затем попытался задвинуть меня за спину.
— Ты пытаешься меня защитить? — спросил я, начиная слегка злиться. — Чувак. Прекрати. Ты не мой рыцарь в сияющих доспехах. Ты засранец в помятой жестяной банке.
Райан поджал губы.
— Вполне возможно, — произнёс он. — Но я твой краеугольный камень. Это мой долг.
Ублюдок!
— Ты не имеешь права так говорить, — зашипел я на него. — Ты мне не нужен. И твоя защита тоже. Я прекрасно обходился без тебя и буду обходиться ещё очень долго. Иди и будь бравым и безупречным в другом месте.
— Долой бравых и безупречных! — пробормотал Гэри. — Нам не нужны такие мужчины.
— Тигги, Гэри и Сэму не нужны мужчины, — согласился Тигги.
— Может, — сказал Райан, — если бы ты был со мной честен, мы бы вообще не оказались в таком положении!
— Вы серьёзно решили об этом поговорить именно сейчас? — спросил Джастин.
Я его проигнорировал, уставившись на затылок Райана.
— Херня, — выругался я. — Мы здесь, потому что дракон похитил твоего жениха. Которому ты дал клятву.
— Не впутывайте меня, — сказал Кевин. — В воздухе много неоправданного гнева. Поклонитесь сфоему боху, лютишки.
— Клятва не имеет к тебе никакого отношения, — сквозь стиснутые зубы произнёс Райан.
— Точно так же, как всё, что связано с краеугольным камнем, не имеет никакого отношения к тебе, — парировал я, и Райан отшатнулся. Я почувствовал себя немного плохо из-за его выражения лица. Но пофиг! Я был в ярости.
Но каких бы глупостей себе там Райан не надумал, ответить он не успел, Элоиз и культ обогнули угол, ведущий к замку. При виде Кевина, подёргивающего хвостом и крыльями и царственно восседающего рядом с нами, их глаза расширились.
— Он… прекрасен, — выдохнула Элоиз.
Хотел бы я сказать то же самое о ней, но стерва выглядела хуже некуда. Её волосы были в беспорядке, и кажется, не хватало зуба или двух, что хорошо сочеталось с синяком под правым глазом и отметиной на щеке, подозрительно похожей на отпечаток копыта.
— Чувак, — произнёс я в восторге, даже не пытаясь сдерживать голос. — Ты ударил её по лицу?