— Вы что, накурились? — спросил я их. — Типа, супер чертовски накурились?
Гэри начал всерьёз плакать, Кевин низко заурчал и лизнул мою щеку.
— Тигги! — крикнул я. — Помоги мне! Они сошли с ума. Спаси меня!
Тигги выглядел растерянным, Гэри всхлипывал мне в ухо, а Кевин гладил его по спине и бормотал успокаивающие слова.
— Нам грустно? — спросил Тигги.
— Не…
— Да, — запричитал Гэри. — Сэм повзрослеет, переедет, будет устраивать оргии и принимать наркотики, и во всём буду виноват я.
Потом Тигги начал плакать и обнимать меня, умоляя не устраивать оргии и не принимать наркотики.
— Нет, Сэм, — сказал он, вытирая своё лицо о моё. — Никаких грибов и групповух.
Люди на Старой Дороге обходили нас стороной, как бы я ни умолял их меня спасти.
Двадцать третье утро.
Я углубился в Тёмный Лес на достаточное расстояние, чтобы отлить и не слышать разговора Гэри и Кевина о планах усыновить по меньшей мере четырёх шпицев. Я думал, что нашёл идеальное дерево и уже подумывал о том, чтобы вытереть его после того, как помочусь, как вдруг случилось это.
— Ага! — Выкрикнул Тёмный волшебник, выскочив из-за дерева. — Держу пари, ты не ожидал увидеть меня.
— Эм. Я не знаю, кто ты. — Эрекции как не бывало. Боги. Неужели я так много прошу, всего лишь провести время с Сэмом-младшим?
Тёмный выглядел слегка обиженным.
— Серьёзно?
— Извини. Вы для меня все на одно лицо.
— Как грубо. Это расизм.
— Не-а, не расизм. Мы с тобой одной расы. Если бы ты оседлал единорога, то это был бы расизм.
— Почему это? — спросил он.
— Потому что это жестоко, — объяснил я.
— Но это даже не основание для… — Он замолчал и глубоко вдохнул. — Знаешь что? Нет. Я слышал о тебе. Ты начинаешь говорить, и все начинают путаться, люди хотят заняться с тобой сексом и превращаются в шезлонги.
Я вздохнул.
— Это должны были быть садовые стулья. И полагаю, что истории обо мне сильно преувеличены.
— Так ты убил или не убил четырёх моих братьев в Локс-Сити?
— О. Ну. Это правда.
— Послал стаю огненных гекконов за ещё двумя моими братьями?
— Да. Это был я.
— И ты убил или не убил Лартина Тёмный Лист?
— Нет. Не убивал.
— В смысле?
— Я его не убивал.
— Убил, — настаивал Тёмный.
— Нет, не убивал.
— Тогда кто?
— Мой лучший друг полувеликан.
— Ох. Ну, разницы никакой.
— Разница есть, как бы.
— Меня зовут…
— Мне всё равно, — отрезал я.
Он на меня уставился.
— Не будь грубым.
Я вздохнул.
— Извини. Продолжай.
— Меня зовут Ван Тёмный Охотник, — заявил он, расправив плечи.
Я ждал.
Тёмный пялился на меня, явно ожидая реакции.
Я подождал ещё немного.
— Итак, — произнёс Ван, — это имя должно было внушить тебе страх. Ты не выглядишь испуганным.
Я пожал плечами.
— Я не знаю, кто ты.
Действительно не знал. Никогда не видел и не слышал о нём раньше. Вероятно, Тёмный на пару лет старше меня. Он по-дьявольски красив, его тёмная козлиная бородка была идеально подстрижена, ни один волосок не выбивался. Руки были в татуировках, и я узнал тёмные знаки, признак более высокого уровня, чем те Тёмные, с которыми я сталкивался. Ну и пофиг.
— Серьёзно? — переспросил Ван. — Никогда обо мне не слышал?
— Не-а.
— Отстойно. Я думал, что уже в всех на слуху.
— Эх. И что ты можешь?
Ван закатил глаза.
— Конечно же, ты об этом спрашиваешь. Ведь все знают, кто ты такой.
— Я не виноват. Мама говорит, всё дело в моём лице.
— Что это значит?
— Наверное, у меня просто одно из запоминающихся лиц.
— Так ты говоришь, что моё лицо недостаточно хорошее?
— Да нет. Ты очень милый. — Честно. Жаль, что злой.
Тёмный покраснел.
— Заткнись. Я не милый.
— Милый-милый. Мне нравится твоя козлиная бородка. Она очень… аккуратно подстрижена.
— Спасибо, — поблагодарил он, слегка поклонившись. — Сам отрастил. — Затем поморщился. — Ого, это прозвучало как-то неловко.
— И правда довольно неловко, — согласился я. — Хотя и очаровательно.
— Ну. Что ж занимательная беседа. Может, мы… — Ван закрыл глаза. Сделал вдох. Снова открыл глаза. — Как, чёрт возьми, ты это делаешь?
— Сам не знаю. Странно, да?
— Люди меня боятся.
— Я нет.
— Большинство боятся.
— О! Круто. Так ты собираешься толкать речь?
Он нахмурился.
— Речь.
— Злодеи обычно толкают речь, когда меня похищают.