Тигги выглядел очень довольным собой.
— Может, нам стоит вмешаться? — спросил Кевин Гэри.
— Прошу, не надо, — простонал я.
Гэри посмотрел на Райана.
— Может, и стоит.
— Эм-м-м, — протянул Райан.
Кевин встал во весь рост. Для существа, который считал себя моим псевдоотцом и при этом регулярно угрожал мне отсосать, он был внушительной фигурой. Дракон обнажил зубы, и рыцари как один сделали шаг назад.
— Ты обидел моего сынишку, — проурчал Кевин. — Назови причину, чтобы я не стал тебя не есть.
— Ты не мой настоящий отец, — напомнил я ему.
— Не порань зубы о броню, — сказал Гэри. — Рыцарь словно устрица. Расколи раковину, чтобы добраться до мяса.
— Такой кровожадный, — прошептал я в удивлении.
— Ты меня не съешь, — заявил Райан.
— Уверен? — спросил Кевин. — Хочешь проверить?
Райан оглянулся на рыцарей, ожидая поддержки.
Пит сразу же резанул правду матку.
— Не думаю, что кто-то тебе поможет, парниша, — сказал он. — О, простите. Рыцарь-коммандер.
Рыцари ухмылялись Райану, и он выглядел преданным. Вот почему мне нравились эти парни.
— Я воспитал его сильным мужчиной, — продолжил Кевин, прищурившись. — Чтобы не позволял себя обижать.
— Ты меня не воспитывал, — напомнил я, хотя меня уже никто не слушал.
— А потом появился ты, — сказал Гэри. — И его сердце на тебя встало.
— Это неловко слышать, — пробормотал я. — Хотя, по факту всё верно.
— Не трогать его цветок, — прорычал Тигги и угрожающе шагнул к Райану. — Тигги крушить сладкое личико и сделать его лицом гамбургер-личико.
— Боги, — выдохнул я. — Всё быстро становится довольно жестоким.
— Ты краеугольный камень, — твёрдо произнёс Морган. — Который почитают и ценят. Но очевидно, ты не знаешь, как себя вести.
Вот это уже слишком. Он не их, чтобы упрекать. А мой. Они моя семья, но это Райан.
— Стоп, — твёрдо произнёс я, когда Райан сделал шаг назад.
Рэндалл посмотрел между нами двумя.
— Всё утро, — начал жаловаться он. — Я бил его током. Щадил, чтобы проверить на что он способен. И стоило тебе выйти на поле для спарринга, как я увидел разницу. И ударил со всей силы. Он не должен был выжить.
— Эм-м, — протянул я. — Чего? Я не должен был что?
— Возможно, это было чересчур, — обратился Морган к бывшему наставнику. — Знаешь. На случай, если бы всё-таки не сработало.
— Так мало веры, — простонал Рэндалл. — Я в него верил. В основном.
Никто, казалось, не заботился, что я вслух планировал их всех убить.
— Сэм, — тихо прошептал Райан рядом со мной. — Ты в порядке?
Я открыл рот, чтобы ответить (и сказать, что не знаю), но Рэндалл меня опередил.
— Прочь. Дальше мы сами разберёмся. Занимайся своими рыцарями и оставь нас в покое.
— Но…
— У тебя есть приоритеты, — напомнил Морган, не без издёвки. — Обязанности.
— Клятва, — неожиданно произнёс я, и Райан отвёл взгляд.
— Я знаю, кто я, — прошептал Райан. — Я краеугольный камень.
— Верно, — согласился Рэндалл. — Ты краеугольный камень. Но ты не единственный. Будут и другие, не связанные клятвой как ты, и Сэм их найдёт. Прочь, рыцарь-коммандер Фоксхарт. Больше просить не буду.
Райан стиснул зубы, да и только. Его взгляд метнулся к моему, и я не отвернулся, потому что не хотел вредить Райану. И не собирался показывать свои чувства, желание чтобы Райан боролся. Чтобы объединился против Моргана и Рэндалла. Против Тигги, Гэри и Кевина. Против всех. Ради меня.
Конечно, Райан не стал возражать.
Он приказал рыцарям вернуться к тренировке, хотя некоторые покачали головами. Пит выглядел расстроенным, но послушал своего коммандера. Рыцари отправились к дальнему концу поля.
— Ты знал, — сказал я, глядя вслед Райану. — Ты видел, как он шёл, и знал, как отреагирует моя магия.
— Да, — просто ответил Рэндалл.
— Всё будет не так, — признал я. — С кем-то другим.
Он выглядел грустным.
— Знаю. Но этого будет достаточно.
— Подобное раньше случалось?
Рэндалл мог прикинуться дурачком. Или солгать. Вместо этого произнёс:
— Однажды.
Морган хотел заговорить, но Рэндалл покачал головой.
— И? — спросил я.
— Волшебник стал Тёмным. И убил многих.
— Что с ним случилось?
Рэндалл вздохнул.
— Я его уничтожил. Уничтожил, потому что не смог спасти. Он сделал свой выбор, и, как у любого выбора были последствия. Я одно из этих последствий.
— Ты обо мне волнуешься. Так ведь? — Я не знал, стало мне этого лучше или ещё хуже.