И ещё случай.
Девятилетний Сэм:
— Мы можем быть друзьями. Я всегда хотел иметь друзей.
Десятилетняя Моник:
— Мы можем начать как друзья. А потом ты можешь стать моим парнем. Ты должен каждый день говорить мне, что я красивая, целовать меня в губы и говорить о том, как тебе нравятся мои глаза.
Девятилетний Сэм:
— Я не так уж и сильно хочу иметь друзей. Мама зовёт. Я переезжаю. Мальчик, похожий на меня, злой. Избегай его любой ценой.
И ещё.
Пятнадцатилетний Сэм:
— Кто это? Новый рыцарь? Как его зовут? Почему он похож на героя из моих снов?
Безрогий гей-единорог по имени Гэри:
— О, дорогуша, да у тебя глаз намётан. Это Райан Фоксхарт. Из королевской армии.
Пятнадцатилетний Сэм мечтательно вздохнул:
— Я хочу прижаться к нему лицом.
Безрогий гей-единорог по имени Гэри:
— Что ты сказал?
Пятнадцатилетний Сэм:
— Ничего! Ничего. Мне пора. Наверх. Чтобы… потрогать. Стены.
Безрогий гей-единорог по имени Гэри:
— Почему бы тебе не представиться?
Пятнадцатилетний Сэм:
— Нет. Неа-неа. Покеда.
Итак. Это моя история.
Однако такие глубокие чувства как к Райану, я ещё не испытывал.
Поэтому избегание стало просто необходимым.
И до смешного трудным.
Потому что прошло очень много времени с последней королевской свадьбы. Королю было двадцать, а королеве семнадцать, так что прошедшие с тех пор десятилетия были долгой засухой для тех, кто жил ради подобных мероприятий.
И, к сожалению, казалось, что большинство живёт именно ради этого.
Локс-Сити превратился в Чертовски Радужный и Солнечный Город потому что все радуются Команде Растин. Ветер трепал плакаты с портретами Джастина и Райана. Букеты с цветами расставили почти на каждом углу. Гирлянды обвивали уличные фонари. Торговцы установили палатки на дорогах, продавая Подлинные Товары с эмблемой Растин (которые, как ни странно, совсем не подлинные и, скорее всего, их сделали старики на фабрике в Меридиан-Сити, и конечно никто об этом не знал, особенно кто-то из замка). В течение дня все номера в гостиницах распродали. Я надеялся, что Тодд с отцом довольны. На секунду вспомнил об ушах Тодда.
Люди были довольные, весёлые и счастливые. На лицах играли улыбки, и все радовались жизни.
Ну, пока не замечали меня.
Я видел сочувствующие взгляды, почти слёзы в глазах, потому что очевидно все знали о моих делах.
Итак.
Избегание.
— Привет, Сэм. Как у тебя дела? Ты хочешь поговорить…?
— Неа!
— О, Сэм. Может, тебе стоит…
— Нет.
— Привет, Сэм. Ты меня не знаешь, но я хочу выразить свои соболезнования…
— Нет, спасибо.
— Сэм. Забудь о Райане Фоксхарте. Моя фамилия Хардинг. Соедини и получится ХэвХард, что значит «стояк». Разве не… эротично?
— Неа!
Избегание стало моей мантрой.
Я сказал себе, что будет легче пережить всю эту чёртову бурю, если до свадьбы не столкнусь с Джастином и Райаном.
С Джастином всё работало чудесно, потому что он, казалось, делал то же самое (впервые в жизни мы хоть в чём-то с принцем были согласны) и был слишком занят с организаторами свадьбы, обсуждая еду, одежду, украшения, музыку, освещение, клятвы и цветы (особенно после того, как он попросил мою маму поработать, а она рассмеялась ему в лицо).
А Райан?
Что ж.
Позвольте рассказать об этом ублюдке.
Избегание — ключ к счастливому Сэму.
Если у сердца, поражённого молнией куча проблем, игнорируй их, пока они сами не исчезнут.
Райан фишку не просёк.
Пока Рэндалл пытался мне что-то объяснить, Райан притаился за углом, как долбанная мышь.
— Мы можем тебе помочь? — спросил Рэндалл, когда рыцарь последовал за нами в библиотеку.
— Нет-нет, — ответил Райан. — Просто ищу… эту книгу, — объяснил он, доставая одну с полки. — Для… исследования.
Рэндалл прочитал название.
— «Секс и беременность: Вы не проткнёте малыша». Хм… лёгкое чтиво.
Райан покраснел, и от этого захотелось проткнуть его малыша.
Или типа того.
Всё запутанно.
— Да, хорошо, — пробормотал Райан. — Лучше перестраховаться.
Затем быстренько смотался.
— Идиот, — пробормотал Рэндалл слишком уж подозрительно нежным голосом.
Пока мы с Морганом проводили эксперимент с кровью и грибами, Райану понадобилась лаборатория, чтобы «продолжить исследование», над которым он работал до похищения Джастина. Морган попросил Райана напомнить, в чём заключалось исследование, поскольку волшебник никогда не видел Райана в лаборатории, занимающегося исследованием, Райан пробормотал что-то о протыкании малышей и тому подобное, а затем случайно прислонился к горелке и поджёг свои штаны. Очень неловко (читайте: возбуждающе), потому что ему пришлось их снять, дабы не обжечься, и именно в тот день он забыл надеть нижнее бельё; хорошо, что рубашка была достаточно длинной, чтобы прикрыть всё необходимое. Морган вздохнул. Я прифигел. Райан убежал.