— Говядина или баранина?
— Говядина.
— Актив или пассив?
— Оба, — ответил он. Затем: — Подождите. Что?
— Медовые яички, — прошептал я.
— Ну, тогда, — радостно произнесла Мама. — Универсал. Боже мой. День только что стал намного интереснее.
— Как вы это делаете? — потребовал Райан.
— Заставляю тебя говорить то, что ты не хочешь произносить вслух? — спросила она. — Просто. Я Мама. Я всё могу.
— Кажется, я забыл, зачем мы сюда пришли, — сказал я, глядя на Райана.
— Ты нанят. Конечно, тебе придётся отказаться от своего рыцарского звания, присяги королю, разорвать помолвку с принцем, а затем сказать своей единственной настоящей любви, что ты больше не можешь с ним быть.
— Разве его единственная настоящая любовь не узнает, когда он разорвёт помолвку? — спросил я. — Этого будет достаточно, нет?
Мама странно на меня уставилась.
— Что? — спросил я.
— Ты действительно настолько глуп?
— Почему все продолжают задавать мне этот вопрос?
— Райан. Не хочешь ли просв…?
— Нет, — быстро ответил он. — Не знаю, о чём вы говорите.
Она посмотрела на нас обоих.
— Да ладно? Серьёзно?
Я был растерян.
— Почему ты на меня злишься?
— Ты уволен, — отрезала она, посмотрев на Райана. — Собирай свои вещички и убирайся.
— Что? — закричал я. — Ты не можешь его уволить! Он лучшая шлюха, которую ты… подожди.
— Эм. У меня здесь нет никаких вещей? — сказал Райан. Или спросил. Я не понял.
— О, — протянула Мама. — Тогда тебе будет проще уйти.
— Меня никогда раньше не увольняли, — признался мне Райан. — Я чувствую себя странно расстроенным.
— Да, Мама может, — подбодрил я. — Ты либо странно расстроен, либо неловко возбуждён. Это почти одно и то же.
— Ты собираешься избавить Мойше от страданий? — спросила меня Мама.
— Если под избавлением от страданий ты подразумеваешь убийство, то возможно, — ответил я. — Честно говоря, давно об этом думаю.
— Ты знаешь, что я имею в виду.
— Тогда нет. Это никого не избавит от страданий. На самом деле, страданий может стать ещё больше. Тонны страданий.
— Мойше хочет заняться с ним сексом, — проинформировала Мама Райана.
— У него кинк на волшебников, — пробормотал я.
— Нет, — поправила Мама. — У него кинк на тебя.
Я помрачнел.
— Это ничего не меняет!
— Сэм не будет занимается сексом с Мойше, — прорычал Райан.
Глаза Мамы сверкнули.
— И почему же, рыцарь-коммандер?
— Потому что.
— Отличный ответ. Я поверила. Очень убедительно.
— Я тебе не принадлежу, — напомнил я Райану. — Нам снова нужно это обсуждать?
— Снова? — спросила Мама.
— Фейри, — произнёс я, пытаясь вспомнить, что именно было нужно спросить у Мамы. Она имела привычку затягивать меня в свои сети, снова и снова. Я всегда уходил, не помня, зачем приходил.
— Димитрий?
Я кивнул.
— Несколько дней назад. — Я отключился от разговора, чтобы вспомнить. Кажется, мне было что-то нужно от Мамы.
— Все хотят заняться с ним сексом, — расстроено проговорил Райан.
— Да ладно? — спросила Мама. — Прям все. Поразительно.
— Тёмные волшебники, — начал перечислять Райан. — Крошечные мужики с крыльями. Фан-клубы. Драконы. Парни со странными ушами, потому что это так мило. У нас у всех уши! Боги.
— Ха. И насколько сильно ты хочешь его тра…
— Вспомнил! — вскрикнул я довольно громко. Я даже не знал, о чём они говорили, но был уверен, что это может подождать. — Старая Просека.
Мама застыла, и в комнате резко похолодало.
— Старая Просека, говоришь?
— Были сообщения. Пропавшие люди. Похищенный скот. Следы ожогов на земле.
Мама села обратно в кресло. И когда заговорила, я услышал, с какой тщательностью она подбирала слова.
— И поэтому, естественно, ты подумал о драконе и сопоставил два и два.
— Естественно. Ну. Морган об этом подумал. Мы знаем, где сейчас принц. Вроде того. Димитрий рассказал нам о замке на севере у гор.
— Где?
— Таркер Миллс.
Мама выгнула бровь.
— И ты доверяешь фейри?
— Доверие — слишком громкое слово, — признался я. — Но я не вижу причин, по которым Димитрий мог бы мне солгать. Даже если он фейри.
— Он твой бывший, — пробормотал Райан. — Конечно, он тебе соврал.
— Он не мой бывший.
— Ты почти вышел за него замуж!
— Случайно!
— Просто восхитительно, — пробормотала Мама. — Прошу, продолжайте тратить моё время.