– А ты посмотри на себя, – пробормотал он. И тут я поймала себя на том, что держу в руках вилку и с невероятным аппетитом глотаю кусок за куском. Наверное, от того настроение так и поднялось, и слабость начала медленно убывать. Я не могла больше напрямую смотреть на него. Его взгляд выражал ликование. И полную победу.
Глава 7
1.
Представление вышло на славу. Я ощущал себя человеческим актёром, успешно сыгравшим свою роль. Субтильная душонка повелась беспрекословно, и у неё, похоже, не осталось ни единого сомнения по поводу произошедшего. Впрочем, про тот вечер она больше испрашивать не стала.
Мы сидели друг напротив друга. Я наблюдал за тем, как она с аппетитом уничтожает еду с подноса. После стольких дней голодания для неё, наверное, было праздником теперь употребление пищи. Внезапно она отложила от себя приборы.
– Зачем ты так смотришь?
Совершенно не ожидая такого вопроса, я вначале изумился, отвёл взгляд, но потом вновь посмотрел на неё.
– А что?
Она потупила глаза. Может, и сама не поняла, что сморозила глупость. Таковы уж люди. Может, я и пропускал уроки по изучению их психологии, но и без того знаю, что у этих созданий зачастую случается, что они сначала скажут, потом подумают. Вот то ли дело демоны – мы всегда всё продумываем наперёд.
Заметив мою улыбку, она приняла её на свой счёт.
– Это смущает.
– Смущает?
– Людей смущает, когда они едят, а на них пялятся в упор.
Ну и глупости. Я помотал головой.
– Я понял. Но мне не знакомо смущение.
«Конечно, – читалось в её взгляде. – Ведь ты не человек».
– Дело же совсем не в смущении, верно? – она слегка склонила голову набок. В её выразительных глазах светилось искренне любопытство.
Я сделал печальные глаза и наигранно вздохнул.
– Я давно не ел с таким аппетитом.
– У тебя ещё всё впереди, – сухо заметила она, но в ответ на моё отрицательное покачивание головой спросила: – Разве демоны не едят с аппетитом? Ведь вы же питаетесь вроде… страхами, например, как ты говорил.
Я покачал головой:
– Демоны ничего не делают ни с аппетитом, ни с энтузиазмом. Мы равнодушны и холодны и даже порой поступаем не по своей воле. Казалось бы – свободные существа, а живём все, как один, по принципу конформизма!
Я резко поднялся, сам не зная, почему так разоткровенничался и стал нести первое, что приходило в голову. Пока я неторопливым шагом приближался к двери, я чувствовал на себе её взгляд, но не оборачивался, пытаясь сохранить ту холодность, что осталась между нами. И пусть 95-й на днях говорил, что этого делать не нужно, что с Безгрешной нужно создать как можно более тёплые отношения, я, как ни старался, не мог себе этого позволить. Это было непривычно и отвратительно мне одновременно.
– 25-й, – внезапно пронёсся по всей камере её тихий шёпот, и я практически обомлел. Она никогда не называла меня по имени.
Я обернулся. Я смотрел на неё грубо, всем своим видом показывая, что она отвлекает меня от важных дел.
– Нужно убрать…
– Поставь на конвейер, он сменяется три раза в день, – был мой ответ.
Я видел её разочарование и непонятную тоску в глазах. Она долго смотрела на меня, потом перевела взгляд на стену, но долго не сумела смотреть в одну точку.
– Ты вернёшься?
Ничего не ответив, я закрыл за собой дверь камеры.
2.
Люди судят других людей по поступкам – и в этом их главная проблема. Стоит кому-то начать себя вести с тобой другим образом, и вот уже враг становится другом, а убийца – надеждой на спасение. Эту же надежду я видел в тот день в глазах Безгрешной. Казалось, всё её существо молило о пощаде, об освобождении. А ведь мне стоило всего лишь притвориться жалким и несчастным.
Весь день я пытался сосредоточиться на сортировании списков Грешных и Чистых, меньше бросать взгляды на происходящее в камере и вести себя в целом как ни в чём не бывало. Но как только я пытался отвлекаться на какое-либо дело, в голове тут же возникал недавний разговор с субтильной душонкой, и мысли мои путались, смешивались и уже не давали мне покоя.