- Дис?!
- Тише ты! – шикнул я, боязливо оглядываясь в другую сторону коридора, но, к собственному спокойствию, не заметил там никого. – Перебудишь всех своих.
- Что ты здесь делаешь? Я… - она замялась, прикусила губу и потупила взгляд. Я всмотрелся в её лицо и только тогда заметил, что оно всё розовое и местами слегка вспухшее от рыданий. Человеческие слёзы! В любой другой бы раз я оставил Безгрешную, напоследок фыркнув что-нибудь насчёт мягких человеческих душ, но не теперь. Без её согласия я змеёй протиснулся в комнату сквозь небольшую щёлку между дверью и стеной, отчего Элин пришлось посторониться, и прикрыл дверь за собой. Спешно огляделся. Комната была небольшая, но довольно уютная по человеческим меркам. Яркого света здесь не было, можно было вглядываться спокойно, не напрягая лишний раз глаза как тогда, в демоновском отсеке. Мой взгляд снова остановился на Безгрешной. Здесь, в присутствии её сородичей, в знакомой обстановке, ей наверняка очень уютно и спокойно. Спокойно. Почему-то в голове крутанулась мысль о том, что от меня она никогда и нигде спокойствия не дождётся.
- Дис, так что случилось? Не спится?
Я устало закрыл глаза, выдыхая.
- Я уже не раз говорил, что я не сплю. Никогда, - я открыл светящиеся глаза, но вмиг осознал, что во взгляде девчонки читается волнение… Это ведь так называлось то чувство, когда одна человеческая особь испытывала страх за безопасность другой?
- Тогда почему ты… - она кивнула головой в мою сторону, но вновь не закончила предложение. В ответ я лишь махнул рукой.
- Поговорим о тебе.
- Я не понимаю, к чему ты клонишь, - она вздохнула и присела рядом со мной – но не совсем уверенно – на свою же кровать.
- О твоих слезах.
Похоже, Элин смутилась. Она долго молчала, так долго, что я уже сам собирался что-либо продолжить ей говорить, чтобы вот так резко не обрывать наш разговор, когда она наконец посмотрела мне прямо в глаза. Видимо, это стоило ей больших сил.
- Только не ври, что тебя интересует моё состояние.
Я не смог сдержать безумной улыбки. Я собирался залезть в её голову, для чего, собственно, для начала требовалось войти к ней в доверие, а это, в свою очередь, складывалось из полного слияния с человеческими чувствами, а она говорит о том, что меня не интересует её состояние!
- Но нет, я не сдам тебя им, если ты хотел поговорить об этом.
Тут уж я обомлел, и ни о какой иронии более не могло быть и речи. Девчонка беззаботно болтала ногами и иногда ненароком поглядывала на них. Не боится. Совсем ни капли страха в воздухе. Однако осознание этого меня только обрадовало.
- Ты же не такой плохой, Дис. Совсем не такой, - продолжала она. – Я понятия не имею, как тебя определили к демонам, но, вероятно, это было какой-то ошибкой. Ты только пытаешься казаться страшным, убийцей, а на самом деле ты…
На самом деле кто? И много ли она знает о нас, о демонах? Я молчал, лишь иногда недовольно хмыкая на её отзывы о себе, но при этом ощущал, как в том месте, откуда я сорвал полчаса назад свой значок, что-то гулко стучит и находит отклик её словам.
Внезапно на её щеках выступил новый румянец, намного приятнее прежнего, но уже совсем не от рыданий. Она устремила на меня свои голубые – томные, уносящие вдаль от всего этого глаза, которые поначалу казались мне такими наивными, глазами обыкновенной Чистой девчонки. Только в ту секунду я заметил, ненароком скользнув взглядом по её телу, что она вновь в одной ночной рубашке.