- Эдди, я хочу знать. Знать всё. От первого до последнего слова.
- Про твоего демона? Я уже сказал тебе всё про него, - зонтик был аккуратно сложен. Агент вновь повернулся ко мне спиной, готовясь покинуть комнату. Я фыркнула. Меня раздражал не столько мой демон, сколько слепое неверие Эдди.
- Нет, не всё! Как ты нашёл его? Почему его? Эдди, он спас весь отряд, хотя и рисковал своей жизнью. Он сразился с толпой демонов…
- С толпой, говоришь? – Эдди повернулся ко мне. – Это откуда же силы столько? К тебе в доверие столько времени втирался, в мысли – хвала Небесам! – не успел проникнуть, а демонов, всех до одного, истребил до рассвета, - агент покачал головой. На мгновение вспомнился Сейдж. Но даже тот поверил Дису в итоге!
- Нет, Эдди. Ты видел его глаза? В них же была одна человечность, одно… - я запнулась под взглядом агента. Казалось, он хочет засмеяться, но сдерживается, при этом ни то, ни другое совершенно не было уместно в данной ситуации.
- Да, особенно, когда он наконец-таки согласился с моими словами и в голос захохотал, - Эдди улыбнулся. От меня же не скрылось, какой напряжённой была улыбка. Он точно скраивал её несколько лет, но так и не смог сделать достойной настоящей искренности. – Ложись спать, завтра непростой день.
Что Эдди понимал под «непростым днём»? Сегодня он был непростым у всех и каждого. У Сейджа и всего народа, на чей лагерь напали. У самого Эдди, который мчался в лагерь на всех парах непонятно откуда и непонятно по чьему наитию. У каждого клочка этого мира, у каждого живого организма на этой земле этот день был непростым, и вчерашний вечер вмиг стал совсем далёк от меня. Мне казалось, ночь с признанием Диса, нашей близостью, одолевшим меня счастьем от меня разделяют не сутки, а века.
А Адам, что стало с ним? И воображение стало рисовать мне страшные картины о том, что мой бывший избранник растерзан тёмными тварями на клочки. Или лежит где-то бездыханный. Или он уже давно один из демонов?
А что будет со всеми нами при таком раскладе, если уже сами правители не могут разобраться, где в этом мире правда, а где ложь, за которой стоит дьявол и ловко маскирует её? Оказалось, что уже давно: то, что с нами – Небесам всё равно. Именно об этом хотел предупредить меня мой агент в самый последний спокойный вечер в нашей жизни. Я взглянула на свою ладонь с отметкой и сама не заметила, как бесшумно сползла спиной по стене, упираясь согнутыми в колени ногами в стоявшее рядом кресло. И впервые за последнее время я дала упасть с ресниц слезам, и они мелкими струйками побежали по щекам.
2.
Принц сидел в своём кабинете и думал не о насущных проблемах, а о том, что он узнал совсем недавно. И эти мысли его, мягко говоря, не совсем радовали. Внезапное появление этой псевдо-принцессы могло значительно пошатнуть их с Сейлиной план. Мало того, что Элди с самого начала не захотела участвовать во всём этом замысле, хотя была куда как сообразительнее их обоих, почуяв, вероятно, неладное, - хотя что в этом могло быть неладного, Нортон не мог взять в толк; а значит, могла оказать бесценную помощь, так теперь ещё и известие его верного шпиона, который уже многое постиг у своего учителя, как считал Чесс, но, видимо, ошибался…
- Да, - раздражённо ответил он стуку в дверь. В этот вечер он примет её одну. Без охраны. Без Сейлины. Убедится, что это настоящая бывшая принцесса, а не подставной элемент от Эдди.
Эвелин, которая вместе с Эдди сидела в зале ожидания всего каких-то минут десять, казалось, что прошло уже не меньше получаса точно. Она давно настраивала себя на этот разговор, но при виде старого друга все мысли уползли в никуда. Так бывает, когда видишь наконец человека, с которым не общался длительное время, и вдруг осознаёшь, что вам не с чего начать беседу. Принц вёл себя развязно и, видя некоторое смущение в своей подруге детства, тут же поднялся, поправил пуговицу на пиджаке, галантно отодвинул ей стул и жестом указал на чашку чая и тарелку с десертом.
Эвелин осматривалась по сторонам. Всё здесь было ей знакомо. И ничего здесь не изменилось с их последней встречи. Кабинет Чесса славился как самый уютный в плане удачного дизайна интерьера, так что именно здесь, за этим большим столом, что стоит сейчас в стороне, используемый в качестве фуршетного стола на устраиваемых принцем здесь частных балах, проходили все конференции и заседания маленьких принцев и принцесс – так они, готовящиеся принять бразды правления, называли посиделки за чаем и обсуждение волнующих их «вопросов». Кабинет остался тем же. И стол. И каждая песчинка в этой светлой просторной комнате. Но в глазах Чесса играло что-то незнакомое Эвелин, - впрочем, принцесса уже начинала привыкать к тому, что всё ей начинает видеться в ином свете, и демоны внезапно светлеют, а верные друзья, напротив, начинают совершать поступки, которых от них раньше было невозможно ожидать…