- Ты слишком умная, чтобы столько бегать, - заметил с ноткой уважения.
- У страха глаза велики…
- А сейчас не боишься?
- Боюсь, - кивнула уверенно и ничуть не соврала. - Пойдём?
- Дай пару минут.
Поднялся и скрылся в квартире, вернувшись полностью одетым, обутым, с кипой какого-то барахла в руке и с рюкзаком на плече. Через пять минут я предстала в его штанах, подвернутых столько раз, что я едва не заржала в голос, его же толстовке, на ноги он соорудил мне что-то вроде обувки из войлочной стельки и эластичных бинтов, напялил шапку, спрятав под неё мои волосы, потом свой рюкзак (довольно увесистый, между прочим), сверху ещё пуховик и шарф и я стала похожа… черт знает на что я стала похожа.
- Блеск, - сказал довольно, а я только усмехнулась, подумав, что моим гардеробом сегодня занимаются уже два стилиста. Мы вывалились на площадку, прошли к двери подъезда, я остановилась перед дверью и на всякий случай предупредила:
- В этом я бежать не смогу.
Он подмигнул и заорал «пьяным» голосом:
- Летят гуси! - открыл дверь и вместе со мной шагнул на улицу, продолжая напевать.
Я старалась не упасть в обморок, видя, как нас провожается взглядом какой-то тип с детской площадки, ноги заплетались сами собой, спустя несколько шагов я все-таки упала, Денис заржал и повалился рядом, а потом поднял нас обоих, бросил быстрый взгляд в сторону парня, перекинул меня через плечо и рванул через двор.
Я вжалась лицом в его спину, стараясь не смотреть как нас догоняют. Это и без того было ясно по отборному мату уже знакомых голосов. Вдруг послышался короткий писк автомобильной сигнализации, а потом он небрежно бросил меня на заднее сиденье, хлопнул дверью и через три секунды сел сам, спешно заводя мотор и трогаясь с места. Раздались выстрелы, но палили, скорее всего, по колёсам: все окна остались целы.
Мы выехали на шоссе, но проехали совсем немного, свернули в незнакомый мне двор, доехали до предусмотрительно открытого кем-то металлического гаража, и Денис бросил:
- На выход, - и вылез сам.
Я успела увидеть, как он поменялся ключами с каким-то парнем, быстро похлопав его по спине, а потом потащил меня к другой машине, открыв для меня теперь уже переднюю пассажирскую дверь.
Дважды предлагать мне было не надо, я тут же загрузилась, на ходу расстегиваясь и снимая куртку, потому как рюкзак за спиной ужасно мешал.
Ещё через минуту мы выехали со двора, уже спокойно, и я смогла выдохнуть и с удовольствием потереть шишку на затылке, которую он мне поставил, запихивая на заднее сиденье. Он краем глаза проследил мой жест и скривился:
- Извини за это. Сильно болит?
- Не-а, - соврала я. Голова гудела нещадно, плюс подкатывала тошнота, но времени для нытья не было. - Куда мы?
- Загород, на одну дачку. Возражения, замечания, вопросы?
- Останови, - бросила коротко и поплотнее сжала губы.
Он съехал на обочину, а я тут же открыла дверь, свесилась и не смогла сдержать приступ рвоты.
- Скажи, что это от страха, - вздохнул, когда я села обратно, и протянул платок.
- Если это что-то изменит, - скривилась, вытерев рот. - Добегалась.
- Ерунда, за пару-тройку дней оклемаешься, - сказал бодрым голосом, но взглянул с беспокойством.
Я тут же припомнила Танькиного покойного мужа, тоже Дениса, и рассмеялась в голос. Он нахмурился, но комментировать не стал.
- Думаешь, у нас будут эти три дня? - спросила, когда ироничность ситуации перестала быть такой забавной, в силу сопровождающей смех головной боли.
- Думаю, даже больше. Подробности интересуют?
- Не-а, - отозвалась вяло и поняла, что отключаюсь.
Праздная дачная жизнь не по мне
Я проснулась от яркого света и тошноты. Слегка шевельнулась, затылок ломило ужасно, но хуже было другое. Зажав рот рукой, я резко открыла глаза и села, а перед моим носом появился таз.
- Я купил таблетки, - сказал, когда я закончила избавляться от содержимого желудка, и протянул пачку вместе со стаканом воды.
Я сунула одну таблетку в рот, не глядя на упаковку, торопливо запила и медленно опустилась обратно, прикрыв глаза.
- Самое скверное, - сказала, продолжая лежать, - что я ужасно голодная.
- Это поправимо, - ответил с готовностью и поднялся со стула, на котором сидел. Подозреваю, всю ночь.
Парня стало жалко, хоть и мое бедственное положение было с его легкой подачи, я проводила его взглядом и задумалась, каково бы оно было, попадись я тем уродам. Проверять по-прежнему не хотелось, из двух зол я выбрала меньшее и с этим самым выбором себя и поздравила. Поправила себе подушку и только после этого поняла, что лежу в кровати, под одеялом и в одном белье. Тут же покраснела и накрылась с головой.