9 глава. Максим
Какого было мое удивление, когда придя на дурацкую линейку я встречу ЕЕ.
Новый преподаватель. Психолог. Знакомящаяся с коллективом. И это — она, та самая таинственная незнакомка.
Стояла там, вся такая подобранная, строгая, в своем жакете и юбке, волосы убраны в тугой пучок. Смотрела на директора с фальшивым вниманием, но я видел — видимость. Под маской собранности сквозил тот же испуг, что был в ее глазах в клубе, когда она пыталась казаться неприступной. Тот же внутренний стержень и та же проклятая уязвимость.
Кровь ударила в голову. Так вот ты кто. Самойлова Оксана Валерьевна. Не просто случайная телка из клуба, а моя новая училка.
Внутри все ликовало от восторга. Игра стала в тысячу раз интереснее. Скорее всего думала раз сбежала, то мы больше никогда не увидим? Только вот судьба сама привела ее ко мне.
Я наблюдал за ней всю линейку. Как она краснела под оценивающими взглядами. Как старалась казаться уверенной. Смешно. Жалко. Возбуждающе до боли.
Психология стояла первой парой у моей группы. Идеально.
Я специально опоздал. Дать ей время почувствовать себя хозяйкой положения. Позволить этим ничтожествам из моей группы пошутить над ней, поставить ее на место. Учуять ее слабину. Чтобы мое появление стало последним гвоздем в крышку ее спокойствия.
И когда я вошел, это зрелище стоило того. Она пыталась вести свой дурацкий урок, а они травили ее, как стая гончих зайца. На мое удивление она держалась неплохо. Голос дрожал лишь слегка. Лишь глаза выдали панику, но не более. Моя строптивая, девочка.
А потом ее «гениальное» упражнение. Написать свои проблемы. Анонимно. Какая прелесть.
Раз ей так хочется, то я удовлетворю ее любопытство.
Вот и написал свою проблему, которая меня волновала в тот момент.
Мое желание найти и… разобраться.
А после наблюдал, за ее милой реакцией. Как кровь отливает от ее лица. Как пальцы впиваются в край стола. Как ее профессиональная маска трескается и рассыпается в прах. Это было прекрасно. Идеальный момент. Я добился своего. Она была в полном смятении, вся дрожала, как осиновый лист.
И после пары я остался. Чтобы насладиться финалом акта.
Ее попытки отгородиться субординацией, «ошибкой» — просто смешны. Она сама себя загнала в угол. Она здесь преподаватель. Ее репутация, ее карьера — все это теперь разменная монета в моей игре. А я — студент из влиятельной семьи. Кто им поверит — ей или мне? Она это прекрасно понимала. В ее глазах читался именно этот, съедающий ее изнутри, страх.
Я почти добил ее. Почти заставил озвучить то самое «условие», с которым пришел. Условие простого — ты моя. Здесь и сейчас.
Но этот идиот Лев со своим своевременным появлением все испортил. Мужик, вечно сующий нос не в свое дело. Его предупреждающие взгляды, его намеки… Он думает, я не знаю, как он смотрит на нее? Как смотрит на что-то свое, еще не тронутое? Он ошибся. Она уже тронута. Помечена мной. И скоро он это поймет.
Я вышел из кабинета, но не ушел. Прислонился к холодной стене коридора, ждал, когда этот зануда уберется восвояси. Мысли лихорадочно работали. Она здесь. Под моим боком. Бежать ей уже некуда. Теперь можно не спешить. Можно растянуть удовольствие. Можно сломать ее не спеша, наслаждаясь каждой секундой.
Дождавшись, когда дверь кабинета снова откроется, я замер в тени. Лев вышел, нахмуренный, бросил на меня короткий, полный предостережения взгляд и скрылся за поворотом. Вот же пес. Наверняка успел прочитать ей какую-нибудь мораль о недопустимости "связей со студентами". Плевать.
Дверь была приоткрыта, и я услышал, как Оксана глубоко вздыхает. Наблюдал за ней из дверного проема, но не спешил заходить.
Хотел сначала ворваться, но отчего-то передумал. Стало интересно узнать, что планирует моя девочка делать дальше, но та решился с головой уйти в свой ноутбук, не обращая ни на что внимания.
Что она там выискивает в этом ноутбуке? Неужели ищет пути отступления? Глупая. От меня уже не сбежишь.
Я смотрел на нее, затаив дыхание. На изгиб ее шеи, белой и уязвимой, на то, как она прикусывала свои пухлые губы, целиком погрузившись в экран. Каждый ее вздох, каждое микроскопическое движение отзывалось во мне низким, животным гулом. Она была здесь, в нескольких шагах, напуганная, загнанная в ловушку собственной профессией, и абсолютно ничего не подозревающая о том, что я наблюдаю за каждым ее нервным вздрагиванием.
Зверь внутри требовал действия. Войти. Запереть дверь. Прижать ее к этому самому столу, заваленному глупыми бумажками с «проблемами», и показать ей, что такое настоящая проблема. Заставить ее признать, что она моя. С того самого момента в клубе.