— Папу тогда тоже взяли в семью за это? — тихо спросил Драко.
— В том числе, — не стала она врать. — Хотя он был еще очень молод и за ним тянулся такой хвост преступлений… Знал и умел он многое. А еще за него просила я. Это ведь я отдала ему портал от поместья, еще в школе…
— Почему, мам? Он же все равно женился на другой!
— Да, солнышко. Я понимала, что он уже помолвлен, но… он рассорился с Нарциссой, пригласил меня на бал, заказал мне платье и так по-детски радовался, что мы всех обманули… Загорелся выяснить, кто я такая, отвел к гоблинам… заставил написать дедушке Грегуару и уехать к нему насовсем… — Катрин вздохнула. — Если бы не твой папа, скорее всего, меня бы уже не было в живых, ты же слышал, что здесь творилось в те годы. Либо я пряталась бы в какой-нибудь дыре. Не знаю, по-настоящему ли я любила его тогда, но благодарна была — это точно.
— А… а моя настоящая мать? — сдавленно спросил Драко.
— Она была истинной аристократкой. Такая красивая, такая изысканная, мне и во сне не снилось, — улыбнулась Катрин. Несчастная Нарцисса! — Было три сестры Блэк: Андромеда вышла за маггла, Беллатрикс в тюрьме, а твоя родная мать мертва.
— Мама, я хотел бы побывать на ее могиле, — выговорил он, вжавшись лицом в подушку. — Пожалуйста. Послезавтра в школу…
— Конечно. Давай, спи, завтра с утра пораньше аппарируем туда…
— А авроры?
— Так ведь это теперь владение Шанталь, кто нас посмеет тронуть? Спи, солнышко…
Утро выдалось сумрачным, серым.
— Это здесь, так Доминик сказал, — произнесла Катрин, оглядываясь. Мэнор высился впереди, когда-то роскошное, а теперь заброшенное, умирающее здание. Все ведь знают, что дома умирают, когда в них не живут люди…
— А склеп? — Драко озирался с явным страхом. Он вообще-то был не очень смелым мальчишкой, вернее, физической опасности не боялся, а вот перед прошлым пасовал.
— Вон там. Пойдем.
Они не сделали и двух шагов, как под ноги к ним кинулось что-то грязное, оборванное, завопило:
— Нельзя, нельзя!!! Чужие!!!
— Ты Добби? — спросила Катрин, припомнив имя того домовика, которого Доминик оставил на хозяйстве. И правда, придурковатый какой-то.
— Да, — остановился тот.
— Я — Катрин Малфой, супруга Люциуса Малфоя, а это — Драко Малфой, сын Люциуса и Нарциссы. Изволь повиноваться!
— Госпожа! Господин! — пал им в ноги домовик. — Наконец-то! Добби тут совсем один!
— Заткнись! — с неожиданной злобой рявкнул Драко. — Проводи нас к склепу. И если я найду там хоть один гнилой цветок, хоть нитку паутины, ты пожалеешь, мерзкая тварь!
— Бегу, бегу, хозяин Драко! — залепетал домовик.
— Господи, откуда это в тебе? — шепнула Катрин.
— Так папа сказал. Говорит, если на этого урода не наорать, толку не добьешься, — спокойно ответил тот. — Мамочка, я не стану его бить, но от крика же ничего не случится, правда?
— Не случится, — согласилась она. — Идем, солнышко.
— Какое я тебе солнышко, — привычно заворчал Драко, — я не рыжий!..
Склеп вырос перед ними как-то неожиданно. По сравнению с покинутым мэнором с выбитыми окнами и дверьми, облезлыми колоннами, затянутыми диким виноградом, он выглядел на удивление чистым и опрятным. «Ах да, Доминик же наложил чары», — вспомнила Катрин.
На пороге лежали две белых лилии. Видимо, Добби только что их принес, они были совсем свежими.
— Иди, — подтолкнула Катрин Драко в спину. — Хочешь войти внутрь?
— Н-не уверен… — поежился он.
— Я тоже не уверена, что сумею восстановить чары Доминика. Так что…
Драко сделал несколько неуверенных шагов, опустился на колени на пороге, отбросил наглые белые лилии и рассыпал по белому мрамору ворох астр. Он не знал, какие цветы любила его мать, боялся спросить об этом отца, поэтому выбрал по-своему: белые, сиреневые, золотистые, серебристо-малиновые, синие…
— Матушка, я пришел, — сказал он неслышно. — Прости, что так долго. Папа тоже пришел бы, но ему нельзя тут появляться. Я все знаю, знаю, что случилось. Спасибо тебе… вы оба меня спасли. Не держи на меня зла за то, что зову мамой другую… Я видел тебя только на портрете, но ты там такая холодная и далекая… Я не знаю, что еще сказать. Папа жив и здоров, спасся от авроров, от метки избавился… У меня сестра и двое братьев… Матушка, тебя даже погребли не так, как полагается, но пока исправить ничего не получится, хоть теперь мэнор и принадлежит моему новому дяде. Стоит снять чары, полезут всякие… Позже я сделаю все, что нужно. Покойся с миром…