— Парни, вас подсушить или вы сами? — спросил он.
— Подсуши, только не поджарь, — вздохнул Гарри. — Ой, как я, оказывается, замерз!
— И я тоже… — сказал Невилл.
— Это у них такой естественный отбор, кто не выжил после заплыва через озеро, к распределению не допускается, — хихикнул Драко.
— Тише, молодые люди, — одернула профессор МакГонаггал, которая конвоировала их сюда с причала, запихнула в тесную каморку и заставила ждать. — Церемония начинается.
— Гарри, а представь, ведь многие ребята не знают заклинаний. Начинается это распределение, выходишь ты такой в мятой мантии, лохматый, с грязью на носу и соплями под ним, как Уизли вон… И какое это начало новой жизни? — спросил Драко провокационно.
— Я думаю, это нечестно, — подумав, сказал тот. — У нас вот в школе… Ну, например, все по-разному успевали по физкультуре, кто бегать не мог, кто прыгать, но приготовиться всем давали одинаково. Переодеться и все такое…
— Тише! — снова шикнули на них.
Началось распределение.
Северус Снейп ненавидел первое сентября всей душой. Завтра к нему явится очередная орава идиотов, которые не способны отличить пастушью сумку от лунника… И на что он тратит свою жизнь?
А самое ужасное — в этом году в школу должен прийти Гарри Поттер. Тот самый. Тот, из-за которого умерла Лили…
Кучка первокурсников, ожидающих распределения, почему-то не жалась друг к другу в страхе, там раздавались смешки, порой довольно громкие, но кто был заводилой, разглядеть не удавалось. Лишь бы не очередной Уизли, хватит с него близнецов! Мелькала там чья-то светлая макушка, но чья? Вроде бы этот мальчик единственный не испугался призраков, разглядывал все вокруг с неподдельным интересом и ничуть не тушевался при виде профессоров.
Распределение шло своим ходом, а потом МакГонагалл вдруг громко сглотнула и прочла:
— Малфой, Драко!
Большой зал окутала мертвая тишина, только за гриффиндорским столом продолжали шушукаться и хихикать.
От группы первокурсников отделился высокий светловолосый мальчик и неторопливо двинулся к Шляпе.
Да как же Снейп сразу не понял, на кого тот похож! Та же походка, та же улыбочка, точно такой же прищур серых глаз… Мерлин, но раз так, значит, Люциус жив?! Жив и на свободе!
— Вы не могли бы шагать поживее, мистер Малфой? — раздраженно спросила МакГонагалл.
— Разумеется, профессор, — поклонился ей Драко, — но я считал, что на торжественных мероприятиях бегать неприлично.
«Вылитый Люциус, разве что не такой ледяной. Не знаю, где он рос, но… Драко, Драко! Если ты попадешь на Слизерин… Нет, своим я вправлю мозги сразу же, но вот прочие… О чем думал Люциус, когда отправил тебя сюда? Или… как раз очень хорошо подумал?»
— Слизерин! — гаркнула Шляпа, кажется, даже не коснувшись головы Малфоя.
Тот прежней неспешной походкой отправился к столу своего факультета. Место ему освободили, но посмотрели недобро. Драко уставился на стол преподавателей, прищурился, поймал взгляд Снейпа и едва заметно улыбнулся.
С души будто камень свалился. Люциус помнил о нем. Люциус знал… А что именно он мог знать?.. Неважно, главное, Драко жив, здоров и выглядит прекрасно! А что его сторонятся, пускай! Хотя вон та девочка, Паркинсон, кажется, нарочно села напротив и улыбнулась остальным с вызовом.
— Поттер, Гарри! — возгласила МакГонаггал, и Большой зал снова затих.
Невысокий чернявый мальчик в очках, который прежде жался за спиной Малфоя, вышел вперед и надел Шляпу…
… — Непростой вопрос. Очень непростой. Много смелости, это я вижу. И ум весьма неплох. И таланта хватает — о да, мой бог, это так, — и имеется весьма похвальное желание проявить себя, это тоже любопытно… Так куда мне тебя определить? — проговорила Шляпа в голове Гарри.
— Можно мне вместе с Драко? — несмело подумал он. — Я не очень понимаю, чем различаются факультеты, но я уже подружился с ним. Он хороший, у него мама такая добрая… И та девочка, которой он помогал, тоже там. Жалко, что Невилл попал на Гриффиндор, но он хотел именно туда… Уважаемая Шляпа, пожалуйста! У меня никогда не было друзей!
— Мама, говоришь… — тяжело вздохнула Шляпа. — Друзей не было, говоришь… Ладно, будь по-твоему. Слизерин!
— Спасибо! — успел подумать Гарри, снимая ее с головы.
На этот раз Большой Зал не просто замер, он оцепенел, и только ленивые аплодисменты нарушали тишину: это хлопал в ладоши Драко Малфой, потом к нему присоединилась Паркинсон. А когда Гарри Поттер подбежал и шлепнулся рядом на скамейку, Драко одобрительно потрепал того по плечу.