— Может, в нем взыграла кочевая кровь? — приподнял седую бровь Дамблдор. — Он скоро вернется!
— Альбус, он ушел, в чем был! Все его вещи остались в доме!
Тот крякнул.
— Может, его похитили? — трагическим тоном спросила мадам Спраут.
Преподаватели загалдели. Молчали только Северус Снейп, который прекрасно знал, куда мог подеваться Поттер, и Филиус Флитвик, который догадывался об этом, но предпочитал держать догадки при себе.
— Драко Малфой тоже не вернулся в школу, — добавил Дамблдор и покосился на Снейпа. Тот развел руками:
— Люциус счел уровень преподавания недопустимо низким и перевел мальчика на домашнее образование.
— А почему нет отметки в журнале?
— Потому, что Люциус никого не оповестил заранее. Вот теперь все знают, можно и пометить: Драко Малфой более в Хогвартсе не учится!
— Можно подумать, он учился! — фыркнула МакГонагалл. — Он знал куда больше, чем полагается первокурснику!
— То-то вы с него столько баллов сняли… — процедил Снейп.
— Но…
— Тише, тише! — поднял руки Дамблдор, хотя впору было запаниковать. — Северус, как твои первокурсники?
— Подавлены. Им тоскливо без Малфоя и Поттера, — с большим удовольствием ответил тот.
— Минерва, а твои?
— Счастливы, — фыркнула она. — Кстати, Молли Уизли видела на платформе леди Малфой. У меня есть ее воспоминание, желаете ознакомиться?
— Не откажемся, — сказали те в два голоса.
— Симпатичная женщина, — произнес Снейп, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
Все верно, это была та самая Кэтрин Харрис, не так уж сильно она изменилась, да и на колдографии он ее уже видел. И он до сих пор помнил ее, помнил, что они передавали на словах: он Малфою-старшему, а она — Лили…
— Подозреваю, — хмурясь, сказал Дамблдор, — это она забрала Гарри.
— Зачем? — удивилась МакГонагалл.
— Не имею представления, — покачал тот головой. — Но предчувствия у меня самые нехорошие… Северус, мальчик мой, ты не знаешь, часом, не связаны ли эти Шанталь с Сам-знаешь-кем?
— Не знаю, — ответил тот. — Но, полагаю, это маловероятно. Где они — и где Лорд!
— И где же они? — прищурился Дамблдор.
— Насколько я помню, Люциуса тогда проследили до Швейцарии, у Драко своеобразный акцент, так что, думаю, живут они где-то в тех местах, — обтекаемо ответил он, кляня себя за чересчур длинный язык. Хорошо еще, про Гриндевальда не ляпнул!
Директор задумался, перебирая бороду. Если догадка верна, если Гарри сейчас в поместье Шанталь, то забрать его оттуда будет ой как непросто! Гриндевальд обломал об их защиту зубы, и вряд ли с тех пор та стала слабее. А договариваться по-хорошему с Грегуаром… просто бесполезно. Он на компромиссы не идет, и если ему сказать, мол, старина, мальчик нужен нам как приманка для очередного Темного лорда, только он сумеет его уничтожить, тот просто покрутит пальцем у виска, выпустит клуб дыма из неизменной прокуренной трубки и посоветует обратиться к мозгоправам. И вообще, есть подозрение, что если Волдеморт сунется к Шанталям, то те на него попросту не обратят внимания. Нет, тут нужно действовать в обход…
— Северус, мальчик мой, — ласково начал Дамблдор. — Скажи, а тебе не доводилось встречаться с Люциусом?
— Нет, — коротко ответил Снейп.
— Жаль… Быть может, он сумел бы пролить свет на это странное происшествие. Не написать ли тебе ему? Справься о здоровье Драко, например, ты ведь все-таки его декан… Ну, не мне тебя учить.
— Хорошо, напишу, — ответил тот. — Не факт, правда, что он ответит. Драко говорил, что совы не всегда добираются до их дома.
— Ну попытка ведь не пытка, верно? — и Дамблдор ласково улыбнулся.
Снейп молча кивнул, понимая, что сегодня порвалась какая-то важная ниточка, связывающая его с этим миром…
Он прилежно сочинил вежливое послание, отправил сову, только не в поместье, а в «Гринготтс», как велел Люциус. Потом спустился в подземелье, в комнаты, которые занимал много лет, и долго сидел в кресле, глядя на огонь в камине. Затем (было уже за полночь) встряхнулся, встал и принялся собирать самое ценное. Ингредиенты — пусть остаются, Люциус обещал обеспечить всем необходимым. Записи, дневники, немногие сохранившиеся колдографии и памятные вещички — по возможности уменьшить и забрать, лишнее — в огонь. Книги — только особенно ценные и чем-то дорогие сердцу, подаренные, раздобытые с трудом… Одежды у него было всего ничего, да и не носят мантии там, куда он собирался.
Посмотрев на собранные вещи, Снейп только невесело усмехнулся: сплошь книги да документы, ничем более ценным он за все эти годы так и не обзавелся…