Валианна подошла, помогла Василисе подняться на ноги и положила руку на ее живот. Василиса зажмурилась, пытаясь совладать с волнением. Нельзя было облажаться, ни в коем случае. От нее сейчас зависело, насколько легко и бескровно пройдет их авантюра.
— Я закончила, Ваше Величество, — произнесла Валианна и развернулась к императору.
Василиса вновь мельком глянула на Элемиана, тот кивнул. Значит, пора. Итак, досчитать до трех, сконцентрироваться и…
— Госпожа Амрот носит ребенка, — произнесла вдруг Валианна, и Василиса не просто сбилась со счета, а вообще забыла — как это считать. Неужели эта женщина на их стороне и подыгрывает или она сочувствует Элемиану, или…
По толпе прокатился шепот, Элемиан дернулся, уставился на нее в недоумении. Василиса пошатнулась, едва не упав.
— Повтори, — приказал с сомнением император.
— Супруга генерала в положении, — спокойно произнесла Валианна и поклонилась. — Срок мал, но я отчетливо ощущаю новую жизнь.
— Быть такого не может! — воскликнул Валрон. — Эта женщина врет! Он подкупил ее! Отчего тогда они сбежали?
— Я волновалась за мужа! — не подумав, крикнула Василиса. Она не была уверена, стоит ли придерживаться прежнего плана, ведь Элемиан будто впал в прострацию. Она и сама не могла поверить, неужели хватило лишь раза, ведь с того момента в подвале, они ни разу не оставались наедине, даже не целовались, не говоря уже об остальном. — Помощник принес о нем тревожные вести.
— Лгунья! — крикнул обозленный Валрон и тут же повернулся к императору. — Ваше Величество, тут что-то точно не так!
— Разве условие указа не было выполнено? — Элемиан неожиданно начал подниматься с колен и суетящиеся вокруг него маги не сумели заставить его опуститься на пол вновь, лишь опасливо держали его в магическом круге, похожем на тот, который Василиса видела в шаре. — Отпустите Василису, и послушайте другое, Ваше Величество. Совсем недавно мне принесли донесение с границы и доставили пару свидетелей, которые знали о сговоре варваров с человеком из императорского двора.
Дверь позади распахнулась, рыцари Элемиана завели двух пленных.
— Наглая ложь! — вскричал рыжебородый, Валрон побледнел, и Василисе даже показалось, что он сейчас грохнется в обморок.
— Как ты смеешь клеветать в присутствии Его Императорского Величества? — Воскликнул один из придворных. — Какие же это свидетели? Всего лишь варварское отродье!
— Это отродье, как вы говорите, получало взятки от ваших людей! И одного такого мы тоже нашли, — повысил голос Элемиан.
Опять поднялся шум и гвалт, император хмурится, Валрон мрачнел, вельможи уже начали подозревать друг друга и ругаться не только на Элемиана, подозрения летали по залу как мячики на футбольном поле.
А потом в зал вошел настоящий Ройнон, ведя еще какого-то человека, и все затихли. Маги оживились, стали оборачиваться на стоявшего рядом с ними Илишана, но пока бездействовали, видимо, опасаясь потерять контроль над защитным кругом вокруг Элемиана.
Илишан снял капюшон и вернул собственную внешность.
— Это же тот самый маг, что покушался на императора!
— Что здесь делает преступник?
— Они в сговоре?
— В сговоре, — ответил громко Илишан. — Только не с ними. Мой хозяин, первый советник Императорского Величества, герцог Валрон Инский, и я исполнял его поручения. В его кабинете в императорском дворце есть секретное хранилище, где вы сможете найти доказательства его вины как в этом деле, так и в других.
Вначале на него только кричали, повалили на пол, едва не утащили в темницу, но чем больше он говорил, тем больше сомнений появлялось у придворных. Очевидная оппозиция Валрона воодушевилась, уцепилась за соломинку, и вскоре все забыли об обвинениях в сторону «пленников».
Василиса устала стоять и уже всерьез подумывала сесть на пол, как ощутила приближение Элемиана. Он взял ее на руки и прижал к себе. Она с волнением глянула на него, боясь, что он расстроился из-за новости о ребенке. Элемиан смотрел хмуро, напряженно.
— Прости, — прошептала Василиса, подумав о том, что из-за нее он не исполнит свою клятву.
Он молча прижал к себе крепче, одна его рука легла на ее живот, она ощутила легкий холодок. Видимо, он пытался удостовериться сам. Почувствовал он или нет, Василиса так и не поняла, но поймала его встревоженный и растерянный взгляд.