— Ее родственники были казнены в день падения королевства, — ответил генерал.
Василиса ощущала смешанные чувства: с одной стороны жаль несчастную принцессу, а с другой — получается Наиша лгала с самого начала, да еще и как искусно!
— Эм… — насторожилась она. — Вы сказали, что видели ее в тот день?
Генерал кивнул.
— Разумеется, — ответил он. — Ведь это я захватил дворец ее отца.
Василиса отступила и, не удержав равновесие, шлепнулась в сугроб. В мысли проник ледяной спрут ужаса.
— Вы убили ее родных? — пробормотала она.
— Да, — буднично произнес генерал, как отличник говорит о сдаче экзамена. — Но как ты оказалась здесь?
— Я-я... Я оказалась... — Василиса опять дрожала от страха. Но надо было собраться, вдруг все-таки удастся договориться. Сглотнув вставший поперек горла ком, она продолжила: — Наиша предложила поменяться местами, сказала, что надо смешать кровь. Мы слегка чувствовали прикосновения друг друга, и вот когда наша кровь смешалась каким-то непонятным образом, все завертелось перед глазами, и я оказалась в месте ни разу не похожем на комнату принцессы.
— Значит, ты ничего о себе не знаешь... — пробормотал генерал.
— Почему не знаю?! — возмутилась Василиса. — Знаю: я не из этого мира и я хочу обратно!
— Нет, — отрезал генерал. — Ты нужна здесь.
— Нужна?
— Ты успокаиваешь меня.
— Успокаиваю?
— Да. Если будешь рядом, того, что случилось в таверне, скорее всего, не произойдет.
— Но как? Я не понимаю...
— Я тоже. — Генерал хмурился. — Пока не понимаю. Сейчас важно лишь то, что твое присутствие необходимо.
Василиса ощущала навалившуюся на плечи тяжесть. Она нужна этому монстру, ее не отпустят.
— Пообещайте мне кое-что что взамен! — выпалила она.
Генерал с удивлением округлил глаза, будто не ожидал подобного вопроса ни при каком раскладе.
— Раз уж выходит, что я не преступница, может быть, перестанете относиться ко мне как к тряпке?!
— Точно не преступница? — усмехнулся он и приподнял бровь, словно издевался. — Как докажешь?
— Я же все рассказала... — бессильно пробормотала Василиса. — Чем еще...
— Будь послушна, — произнес он и провел рукой по волосам. Его вид казался слишком довольным, хоть и немного растерянным. — Не убегай, лишь стоит мне отвернуться, не отталкивай, когда я приближаюсь, тогда и посмотрим.
Василиса едва не задохнулась от возмущения. Он даже не рассматривал идею того, что ей может быть неприятно, больно или страшно, даже не предполагал наличие у нее чувств, с которыми нужно считаться.
Глава 10
Элемиан подогнал повозку с провизией и пленницей к отряду, ждущему его за поворотом у леса. Рыцари молча переглядывались между собой, пряча взгляды. Ройнон напряженно смотрел на повозку, и слишком очевидны были его волнения.
— Она жива, — произнес Элемиан, подъехав к другу, а потом крикнул громче: — Выступаем!
Всадники пришпорили коней и помчались вперед, управление повозкой опять взял погонщик. Пасмурное зимнее небо темнело, погружая в оцепенение покорившуюся богине Мории природу. В глубине чернеющего по левую руку леса завывали волки.
Скоро придется жечь факелы, но останавливаться нельзя. Дорога заняла уже три дня, и Элемиан рассчитывал прибыть в гарнизон к полуночи. Утром они получили еще одно сообщение: варвары продвигались вперед очень быстро, а не как обычно — набегами и небольшими группами. Словно кто-то объединил племена.
Но, несмотря на непростую обстановку, восторг и ликование охватили все существо Элемиана. Впервые буйство энергии оказалось побеждено таким простым способом. Он все еще не понимал, как это происходит, а также что именно дарует покой: ее запах или магическое поле... Но что-то определенно работало. Энергия в его теле успокаивалась, как успокаивалась от зелья. Но действие зелья ослабевало минут через пятнадцать, а в случае с пленницей, только через несколько часов.
Элемиан подумал, что не знает имени девчонки и решил обязательно спросить, ведь теперь они связаны. Ройнон поравнялся с ним пару минут назад, и теперь постоянно поворачивался и пристально смотрел, будто хотел что-то сказать. Единственный, неизвестно за какие заслуги дарованный Всевышним друг оставался подле него и помогал, хоть и страдал из-за этого неоднократно. А сколько раз в далеком прошлом, когда они оба были детьми, Элемиан прогонял надоедливого хилого мальчишку… но тот всегда возвращался.
— Спроси уже, что хочешь, — усмехнулся Элемиан, повернувшись к другу.