Когда вернулись в лагерь, он оставил ее в платке, оделся как подобает генералу, а не уличному оборванцу и вышел на общее построение. В лагерь вернулись далеко на все войска, но собравшихся было достаточно.
К нему подвели связанного рыцаря, что повиновался приказу одного из командиров и увез Василису. Этот человек знал, какое наказание заслужил, и он молчал.
Элемиан вынул меч из ножен. Замах, удар. Голова слетела с плеч и покатилась по притоптанному снегу, окрашивая его в красный.
— Любого! — крикнул Элемиан, вытерев тряпкой лезвие и сунув меч в ножны. — Любого, кто коснется Василисы без моего ведома и из желания навредить, ждет смерть!
Рыцари и более-менее здоровые селяне, собравшиеся поглазеть, склонились в низком поклоне. Показательные казни действуют лучше всяких угроз, потому Ройнон предусмотрительно не убил предателя сразу, а заключил под стражу.
— Свободны! — крикнул за него Ройнон, а Элемиан внимательно пробегал взглядом по лицам подчиненных, спасенных жителей и императорских рыцарей. Как и ожидалось, протеста или возмущения не читалась на их лицах. Только страх. И тут среди всех он уловил незнакомое лицо. Одет не как рыцарь, но его не было среди спасенных жителей. Молодой, высокий.
Секунда, и лицо скрылось в толпе.
— Ройнон, — подозвал он друга. Тот, прихрамывая, подошел ближе. — В лагере чужак. Усилить охрану Василисы и территории, прошерстить каждого и записать.
— Понял. — Ройнон кивнул. — Будет исполнено.
— И еще: назначь заместителя, которому доверяешь, а сам отдохни.
— Да. — Ройнон улыбнулся. — Я рад за тебя, Элемиан. Ты выглядишь счастливым.
Элемиану не удалось сдержать улыбку. Да, несмотря на тревоги, так хорошо, как сейчас, ему не было никогда в жизни. Жаль, отец не может разделить с ним его радость. Но вот только что за чужак в лагере? Нехорошее предчувствие поползло по венам, и он невольно обернулся в сторону своей палатки, где отогревалась Василиса.
Глава 21
Василиса не видела, как это случилось, но слышала, как снаружи рыцари обсуждают казнь императорского рыцаря.
— Ну вот, и стоило ли оно того? — пробормотала Василиса себе под нос и свернулась на постели в комок.
До сих пор ее трясло от холода. На руках у Элемиана было куда теплее. Вот бы развести печку, но и вставать не хотелось. А еще она все думала, как так выходит, что несмотря на очевидную пользу, которую она принесла, ее едва не убили? Все-таки стоит вернуться в свой мир.
Но как убедить Наишу поменяться? Наверное, надо придумать какую-то хитрость. Добровольно она не согласится. Ну а что до ее условия... Слишком много было вокруг него «если». Если это возможно, если сама Василиса сможет и если выживет после, если Наиша сдержит слово. Нет, определенно надо найти другой способ.
Вскоре сидеть без дела стало совсем невыносимо, противоречивые мысли нещадно глодали ее. Она оделась в новые вещи и вышла. Тут же за ней последовали двое рыцарей.
— Госпожа, велено не отходить от вас ни на шаг. Просим серьезно отнестись к приказу.
— Да, теперь уж я точно от вас сама не отойду, — улыбнулась Василиса, подумав, что, пожалуй, если что-то ей не понравится вновь, лучше идти в палатку. По крайней мере, это самое безопасное место.
Она переживала, что снова придется выслушивать бред селянок, но к счастью, теперь никто не кидался на нее с вопросами и не вел себя фривольно. Все держали дистанцию. Небось Элемиан запугал. Впрочем, так будет проще.
Василиса нашла Фаира в палатке с тяжелобольными детьми. После того, как они перевязали их и напоили лекарствами, лекарь спросил не нужна ли ей помощь. Василиса пожаловалась на шею и поцарапанное ухо, которое она поранила, пока исполняла роль мешка с поклажей, катаясь на коне поперек седла.
Фаир предложил помочь, но для этого попросил рыцарей выйти, ведь надо ее осмотреть.
— Уж лучше нам попадет от генерала, что мы смотрели на его женщину без одежды, чем оставим тебя хоть на минуту, — заявил один один из них, и Фаир предложил отойти подальше от входа, где освещение магического камня рассеивалось.
Василиса села лицом к входу, где дежурили ее телохранители. Кто бы мог подумать, что у нее будут настоящие охранники. Ну прямо подружка олигарха. Василиса усмехнулась собственным мыслям и тяжело вздохнула, потихоньку спуская с плеч одежду. Угораздило так угораздило конечно…
— Милая, это дело рук генерала? — спросил Фаир непривычно мягким голосом, когда начал наносить мазь на ее шею. — Скажи, не стесняйся, если нужно залечить где-то еще. Это лучшее восстанавливающее средство.