И заговорил Алексей громко и уверенно, нахваливая себя. Мол, не только чинит старую обувь, но и шьет новую на заказ. А еще сумки, ремни, кошельки. Похвастался крупным заказом на женские сапоги-ботфорты и сумку.
– Сапоги, понятно, модные. А сумка, блин… – Алексей усмехнулся, глядя на Наташу. – Странная была. Сумка-карман называлась. Заказчица в журнале увидала. Объясняла мне, черкала на листике. Художница, блин. Так и не понял, что она хочет. Потом притащила листик из журнала и под нос мне сунула. Там делов оказалось, – он махнул рукой, – на день работы. Если поднапрячься, конечно. Кожаный карман с ремнем через плечо. Что там шить?
Этой сумкой-карманом Алексей тогда Веру и «зацепил». Ей тоже захотелось такую. Обязательно кожаную и мягкую.
– Замшевую, – с восторгом произнесла Вера и Алексей уже знал, что костьми ляжет, но сошьет. У него и материал подходящий имелся – большой кусок хромовой замши. С тщательно шлифованной бахтармой и густым низким ворсом. Бахтармяный велюр.
– Если хочешь, сама можешь сшить, – предложил Алексей Вере. – Я научу. Помогу… У тебя получится.
Нет, он не позволил бы ей кроить или шить, не допустил бы порчи дорогого материала. Просто хотел завлечь в мастерскую, где чувствовал себя уверенно и свободно, на свою, как говорится, территорию. Туда, где они могли остаться наедине.
Вера явилась на следующий день. Вошла в мастерскую с улицы, поморщила носик от запаха и одним пальцем коснулась швейной машинки.
Алексей чуть не рехнулся от счастья: Вера! В его мастерской! Сама пришла! Засуетился вокруг нее, закружил. Сначала рассказывал про сапожное ремесло и показывал инструменты и материал. Не у каждого сапожника такие имелись! Было чем похвастаться! Вкратце объяснил тонкости работы с кожей. Достал велюр и под восторженный выдох Веры разложил на рабочем столе. Провел по бархатистой поверхности рукой, словно женщину по оголенному бедру, и замер. Наконец… велюру нашлось применение.
Вера тоже не удержалась: начала водить ладонями по коже, щурясь и мурлыча от удовольствия. Зеленоглазая кошка… Красивая и позабывшая осторожность. В какой-то момент ее «лапка» оказалась под дрожащей ладонью Алексея и теперь он водил пальцами не по бахтармяному велюру, а по бархатистой Вериной коже.
Потом Алексей провел Веру к себе в барак прямо из мастерской через спрятанные за обувной полкой двери. Напоил мятным чаем с конфетами. Настоящими, шоколадными. Не той соевой фигней, которая в гастрономе продавалась: на вид красивая, а на вкус – пластилин. Не подумай! Теми конфетами серьезный клиент угостил. Алексей ему кошелек сшил с кармашками для визиток и диковинных пластиковых карточек.
Вера засобиралась домой, и Алексей начал уговаривать ее остаться хоть на часок, хоть на лишнюю минуточку. Ведь уйдет и больше не вернется. Руки ей гладил, ноги массировал. И уговорил. Вера осталась на ночь. Вот так сразу, не ломаясь и не корча из себя недотрогу.
– Отдалась мне вся, – выдохнул Алексей.
На этих словах у Наташи брови на лоб поползли.
Офигеть! Красавица с фотографии Веруня, в которой строгая Софья Михайловна души не чаяла, переспала с сапожником Алексеем на первом же свидании! Будь на месте Алексея актер из голливудского фильма про красотку, то можно было понять: не устояла перед мужским шармом и утонченностью – снесло крышу. А тут… Может, конфеты были с коньяком? Или... Алексей врет? Точно, врет! Выставляет себя чубаккой грозным: посмотри я какой – Веруню соблазнил!
«И ты, Колобок, от меня не уйдешь!»
«Ох-ох, – вздрогнула про себя Наташа. – Если заманит в мастерскую и предложит массаж ног, то буду отбиваться».
Эмоции на ее лице остались незамеченными. Алексей продолжал рассказ.
Встречи с Веруней той дивной весной стали регулярными. Осенью Алексей сделал предложение и услышал в ответ заветное «Да!» Софья Михайловна благословила молодых.
Вот только с сумкой вышло недоразумение. Вера заупрямилась – захотела шить сама – ведь Алексей обещал. А он жалел материал. Дорогой, собака! Раскроил, пока Веруня была в отлучке. И сшил бы сумку, но не успел – пришла Вера и закатила скандал. Пришлось уступить.
Ясное дело, ничего путного из затеи не вышло. Кривая строчка, запоротая работа.