– Викинг вариант номер два выполнил, – и повесил трубку.
Одно дело сделано, теперь надо найти Домингоса. Вадим набрал номер и, когда ему ответили, сказал несколько слов. Потом он вышел из кафе, взял такси и уже скоро входил в Галерею современного искусства. Долго он там не пробыл – Домингос уже ждал его. Вручив деньги, предназначенные для семьи Вуду, Вадим тепло попрощался с мулатом. Трудно было переоценить помощь этого человека. И Домингос был ему благодарен за то, что он не забыл о близких погибшего парня.
Домингос протянул ладонь для рукопожатия, потом передумал и обнял Вадима.
– Спасибо тебе. Давно не встречал таких парней, как ты. На прощание могу пожелать только удачи, – тепло сказал он, но неожиданно его глаза потяжелели. – И еще скажу напоследок: береги себя.
Вадим удивленно взглянул на Домингоса:
– Есть от чего беречься?
– Береги себя! Очень береги… – еще раз повторил тот и подтолкнул Вадима к выходу. – Буэна суэрте, амиго, – удачи, дорогой! Адьос – прощай!
Глава 8. Был награжден и назван молодцом
Авенида Пренс, центральная магистраль Сьерра-Марино, была плотно перекрыта солдатами Национальной гвардии. Только синее удостоверение департамента позволило Вадиму пробиться через все кордоны и многочисленные патрули. Чем ближе он подходил к вотчине Руэнтоса, тем чаще его останавливали и проверяли документы.
Кажется, назревало что-то неординарное, но что именно, он не представлял.
На контрольно-пропускном пункте департамента ему передали, что полковник просил при его появлении прибыть к нему в кабинет. До назначенного срока оставалось еще минут десять, и Вадим хотел заскочить к Надежде и узнать новости, однако окружающая суета, нервозность людей, это странное оцепление встревожили его и он двинулся напрямик к Руэнтосу. Секретарь в приемной без доклада направил Вадима в кабинет.
К его удивлению, полковник Руэнтос без каких-либо признаков беспокойства сидел в кресле за огромным дубовым столом и спокойно беседовал с посетителем. Тот был обращен к Вадиму спиной, и он мог видеть только крепкие плечи и свежепостриженный затылок.
Полковник при виде Вадима широко улыбнулся, встал с кресла и сделал несколько шагов навстречу.
– А вот и наш герой, – сказал Руэнтос, пожимая ему руку. – Проходи, присаживайся. Совсем молодцом выглядишь! Мы тебя уже заждались.
– Я, кажется, прибыл без опозданий. Сейчас четырнадцать пятьдесят три. А что случилось?
– Великое событие, – с сарказмом произнес полковник. – Нас изволит посетить собственной персоной лично Президент республики, приобщиться к делам и дать ценные указания по защите правопорядка, безопасности страны и конституционного строя. Что бы мы делали без этого – не представляю, – сокрушенно покачал головой Руэнтос.
Вадим искоса глянул на повернувшегося к нему посетителя и замер в недоумении. Короткая стрижка и чисто выбритое лицо были ему как будто незнакомы, а вот глаза, прищурившиеся в хитрой улыбке, узнавались без проблем.
– Где ваши кудри и борода, месье, – удивился Вадим. – Кого не ожидал здесь увидеть, так это тебя, Жак.
Дювалье встал со стула, и они крепко обнялись, похлопывая друг друга по плечам.
– Побеседуйте, пока время есть, – сказал Руэнтос. – И никуда не отлучайтесь. Я пошел встречать Президента, он должен прибыть с минуты на минуту.
После информации полковника о приезде Президента Вадиму стала понятна вся суета в городе, оцепление и наведенный во дворе порядок. Вадим оглядел Дювалье с ног до головы и удивленно поджал губы. Отглаженные кремовые брюки, крепко накрахмаленная сорочка из чистого хлопка, запах дорогой туалетной воды сделали Жака неузнаваемым. Вадим мельком отметил матово отливающий на запястье «Tissot» стоимостью как минимум в пятьсот баксов.
– Я удивлен и обрадован неожиданным перевоплощением оборванца Жака Дювалье в обаятельного денди, – сказал Вадим. – Подскажи, как это делается, может, и у меня получится.
– Давай присядем, я тебе кое-что поясню, – улыбнулся тот. Они уселись за столом друг напротив друга. – Там, на острове, я не мог, не имел права рассказать тебе всего. Думаю, что ты это прекрасно понимаешь, да и ты был не очень-то откровенен. Моя настоящая фамилия Жак Дюран, и я сотрудник канадского отделения Интерпола, – сообщил Жак и выжидающе посмотрел на Вадима, ожидая реакции на эти слова. Тот никак не прореагировал. Он был готов ко всему, и услышанная новость действительно не произвела на него особого впечатления.