– Почему он её не лечил?
– А ты обращаешь внимание на простуду? Он не думал, что всё настолько серьёзно.
– У них организм слабее. Надо всё проверять.
– Ты знаешь, а вот он не знал. Не обратил внимания сначала, да и боялся, что она медикам всё расскажет. Он ведь её силой удерживал, даже сутенер не знал, что у них там происходит. Приходит как-то домой, а там труп.
Дальше Маркус знал. Он поморщился и снова закрыл глаза.
– Очередной больной извращенец, – с досадой выдохнул он.
– То есть ты не одобряешь такого поведения? – с плохо скрываемым облегчением уточнил Карлос.
– Если ты про Иру, у нас не такие отношения. Она мне даже спать рядом не разрешает.
– Отлично. Мне как-то даже полегчало.
Маркус недовольно глянул на него.
***
На следующий день Иру с головой накрыло чувство раскаяния. Марк действительно делал всё, чтобы ей было уютно и хорошо, а она его игнорирует. Это отчего-то било по её сознанию больше, чем что-либо. Она лежала и плакала, захлёбываясь рыданиями и жалостью к нему, вспоминая, что даже не дала ему прилечь рядом с ней, чтобы просто отдохнуть.
– Ого! Ира, болит что-то? – Риччи не на шутку перепугался, заметив её в таком состоянии.
– Нет, я… – слёзы снова сдавили горло, отчего она замолчала.
– Давайте врача позову.
– Нет, всё в порядке. Правда. Что-то эмоции нахлынули. Сейчас…
– Точно ничего не болит?
– Не болит.
Ричард не мог смотреть, как она плачет, и принес откуда-то настольную игру, которая незаметно увлекла Иру. Игра оказалась более чем действенным способом отвлечься от эмоций.
Вечером, как всегда, пришёл Марк – передал парню пакет с едой и принялся разуваться. По его моторике Ира поняла, что он устал.
– Всё в порядке? – она прислонилась к косяку, наблюдая, как он стаскивает ботинки.
– В общих чертах, – ответил Марк, встал, но Ира преградила ему дорогу. Положив руки на его плечи, она губами прижалась к его губам. Он будто знал, что предстоит, поэтому уговаривать его на поцелуй или как-то объяснять своё поведение не пришлось. Его руки сами легли ей на талию, затем сомкнулись за спиной.
Ира не знала, что с ней происходит. Она просто понимала, что любит его и не видела смысла себя сдерживать.
– Я рад, что тебе намного лучше, – тихо сказал Маркус. Его настроение полностью изменилось всего за пару минут, даже взгляд стал другим – не таким жёстким. – Как дела?
– Скучала.
В прихожую заглянул Риччи с каким-то вопросом. Марк выдохнул и отстранил девушку, продолжая её поддерживать. Если раньше он будто специально разбавлял молчание с Ирой посторонним человеком, то сейчас мечтал от него избавиться.
– Иди домой. Сегодня ты уже не нужен, – не глядя на помощника, сказал Марк.
– О’кей, – ответил парень.
– Ты ужинай, я прилягу, – решила Ира, у которой стала кружиться голова. Она вдруг начала крупно дрожать.
Вскоре Марк попытался окликнуть её, но она не проснулась – это было обычное дело, когда ей было лень отвечать, что с ней всё в порядке, и Марк вызвал врача. Ира узнала об этом, когда у неё стали отбирать плед и усаживать на кровати, чтобы измерить давление.
– М-марк, отстаа-а-ань, – по-русски пробормотала она, стуча зубами, а мужчина строго сказал:
– Сиди.
Врач послушал её сердце и легкие, спросил, как она себя чувствует, и забрал градусник. Ира, дрожа, легла, как только ей это позволили.
– Жалобы у вас есть? – врач, похоже, обращался к ней, и Ира нехотя разлепила губы для ответа:
– Он мне ванну давно обещал. А слово не держит, – пробормотала она.
Вскоре Маркус проводил врача и сам куда-то пропал. Через какое-то время он вернулся и принялся её раздевать, потом подхватил на руки и отнёс в ванную. Там девушка быстро ожила. Вода оказалась не горячей, как она любила, а едва тёплой, так что хотелось спрятаться в ней, как под одеяло в холодную ночь. Она заметила, что на поверхности воды плавают ромашки, и взяла один цветок.
– Ну, хоть напьются перед смертью, – мрачно сказала она, снова опуская ромашку в воду. Ей стало лучше, вылезать из ванны не хотелось. Марк присел на край ванны, потом вдруг рассмеялся, опустился рядом на колени и неожиданно прижался щекой к её щеке.