– Ты про маньяка? – спросил Егор: он как раз недавно просматривал материалы этого дела. – Нет. Это сделал человек. Его биоматериал остался на коже жертв. Он раньше не привлекался, но мы его найдём. А пока не ходи ночью по городу. И дочке скажи, чтобы не бродила, где попало. Она у тебя любит… ходить по разным местам.
– Мне страшно, Егор, – вдруг призналась женщина. – Верования древних, хоть они и умерли, имеют силу. И мы вообще не должны были там быть. Это осквернение могил, и непростых. Проклятых.
– Спасибо за курс истории, Ира. Это интересно. Но заканчивай на этом, ладно? – Егор вернулся к столу и посмотрел сначала в её глаза, потом на губы. – Я заеду за тобой в шесть, помнишь? Закончи свои дела к этому времени.
Он вышел. Ира выдохнула, склонившись над картой.
Ира вылезла из ванны и стала одеваться. Настроение, несмотря на любимую процедуру, было не очень хорошим. Она посмотрела на себя в зеркало и вышла. Дома была только дочь – Ян где-то задерживался.
– С лёгким паром, – отозвалась она на появление матери, не поднимая головы.
– Спасибо.
Ира села за стол. Дочь уже расставила приборы, выложила салат в салатницу, достала из холодильника сок и теперь ждала, пока сварится картошка, играя во что-то в своём телефоне.
– Милая, мне надо с тобой поговорить.
– М-м? – Алекс отложила телефон и посмотрела на мать.
– Возможно, ты видела новости. Пропадают люди, а погибших находят… изуродованными. Я прошу, приходи домой засветло, а если не получается – бери такси. Привяжи мою карточку себе в приложение, на всякий случай. И наличные при себе имей. Держи.
Она достала из сумки банковскую карту и передала дочке. Та пока отложила её в сторону, торопливо размышляя. Практически Алекс ни в чём не нуждалась, при этом мать старалась слишком много денег на руки ей не давать – чтобы умела экономить. То, что мать практически разрешила неограниченно пользоваться её деньгами, дало понять Алекс, что дело серьёзное.
– Хорошо. А он нападает только на девушек? – полюбопытствовала дочь.
В новостях, видимо, в интересах следствия сообщался минимум информации, но мать могла знать больше. У неё были необычные знакомства – тот же Егор.
Ира устало потерла виски, тюрбан сполз на лоб. Алекс вскочила и помогла матери снова намотать на голову полотенце.
– Разные люди пропадают. Нет системы, – сказала мать.
– Не беспокойся, мам. Буду осторожна.
– Слушай. Что ты думаешь о том, если у меня вдруг появится мужчина? – вдруг спросила Ира, глядя в пространство перед собой.
К удивлению Алекс, она испытала не ревность, а облегчение. Всё детство она и так испортила матери тем, что отгоняла от неё всевозможных ухажёров, и теперь за это чувствовала свою вину.
– Ты шутишь? Ты имеешь полное на это право. Я не против, только за. Ты симпатичная и совсем не выглядишь на свой возраст! Ты достойна того, кого хочешь, мам… – она обняла мать со спины, прижавшись щекой к её щеке.
– Спасибо, солнышко, – пробормотала с облегчением Ира.
Алекс подумала, что исключительно из-за неё у матери так никого и не появилось – скорее даже, это мама ориентировалась на настроение девочки. Хотя сейчас Алекс припомнила, что гоняла всех, кроме Яна, исключительно из ревности.
– А Ян знает?
– Нет, не говори ему пока ничего. Я сама… потом.
– А в чём дело? – не поняла Алекс. – Он всю мою жизнь собирается съехать. Тут ничего такого. И где жить у него есть, квартира отца, которая от него осталась.
– Я знаю, просто… не сейчас. Да и… есть у него жильё. Я могу там жить.
– Вы уже и это обсудили?
– Он сам поднял тему.
Девушка положила подбородок на плечо матери, не спеша выпускать её из объятий.
– А он хороший? – спросила любопытная девушка.
Ира задумалась.
– Он надёжный.
В замке кто-то стал копаться ключом, и в квартиру вошёл Ян. Ира оборвала разговор – отчего-то ей было неловко перед другом, хотя они сто раз это оговаривали.
На следующий день у неё получилось освободиться с работы немного раньше. Заглянув к Егору и увидев, что он занят какими-то гостями, она поехала домой.
Вскоре, выйдя из метро и мечтая о горячем ужине (завтракала она второпях, а пообедать не успела), Ира достала мобильный и позвонила Колесникову. Тот долго не отвечал, а когда гудки прекратились, в телефоне раздались невнятные звуки. Ира, которая шла по шумной улице, вообще ничего не поняла.