Сэм не видел лиц, потому не знал, как выглядят другие нации и что, оказывается, у китайцев более узкие глаза, нежели у других. И что у отца Дина есть веснушки, о которых парень также не ведал, никогда их прежде не видя.
— Я приёмный, — признался Дин, ничуть не стесняясь этого. — Но это не так важно, я очень любою их и знаю, что они тоже очень любят меня, — выдал Дин, и этот ответ вполне удовлетворил Сэма, потому больше он не хотел раздувать данную тему.
— У тебя классная комната, — поведал юноша, осматривая просторное помещение, меньше своих апартаментов, но ничуть не хуже.
Заметив справа шкаф с книгами, Сэм подошёл к нему, удивившись при виде нескольких знакомых авторов, вызывающих в нём интерес.
— Ты тоже читаешь Майка Литсана? — взяв книгу с полки, поинтересовался парень.
— Да, у меня все его книги. Хочешь взять какую-нибудь?
— Я все уже прочитал.
— Да? А Микки Смойла читал? Он пишет похожие истории.
— Правда? Не читал такого.
— Тогда возьми на пробу. Если понравится, дам ещё пару книг.
— Договорились.
Почти двадцать минут парни обсуждали понравившегося автора и вели такую милую и непринуждённую беседу, что Сэму стало неуютно хорошо. Давно ему не было так комфортно с кем-то. Всё было отлично, пока Дин не предложил посмотреть фильм.
Только Сэм хотел отказать, как вспомнил, что однажды не захотел смотреть с Юки какой-тои сериал, и в итоге парень явно расстроился из-за этого. Не желая нарушать гармонию дня, Сэм ответил улыбкой, согласившись на фильм.
Устроившись на кровати, Дин включил телевизор, начав искать кино, как вдруг заметил, что Сэм всё время поправляет свою одежду.
— Ох, тебе, наверное, неудобно в школьной форме? Я дам тебе что-нибудь, чтобы переодеться, — проговорил Дин и, несмотря на отказ парня, всё равно полез в шкаф, достав оттуда пару вещей, передав их Сэму.
— Слушай, мне правда не… — вдруг Сэм замолк, увидев, как Дин переодевается возле шкафе в домашние вещи.
Сэм не раз видел голых парней в раздевалке, но почему-то именно Дин вызывал в нём бурю смешанных эмоций и румянец на лице.
— Ты чего не переодеваешься? Жарко же, — заметил Дин и, решив помочь стеснительному парню, принялся ему помогать, на что Сэм попытался сопротивляться.
Как итог, два парня рухнули на кровать, слишком близко прижавшись друг к другу.
Смотря зелёными глазами в пылающие жёлтые радужки, Сэм видел смущённое лицо Дина, точно зная, что сейчас выглядит так же.
Не в силах подавить своё желание, Дин наклонился над любимым, заключив его губы в поцелуй. Такой приятный, нежный… Головой Сэм понимал, что нужно оттолкнуть парня от себя, но тело пылало и желало большего, потому рука юноши легла на спину спортсмена, прижимая его ближе к себе.
Вдруг, Сэм распахнул глаза, чувствуя, что рука Дина залезла под его штаны. Ещё никогда парень не чувствовал ничего подобного. Своей рукой он не мог доставить такое же удовольствие, которое доставляла рука спортсмена. Чувствуя, что вот-вот изольётся, Сэм внезапно тоже захотел дотронуться до Дина, но стук в дверь прервал всё веселье парней, и они тут же отскочили друг от друга, сев на кровать, как ни в чём не бывало.
— Ребятки, у нас печка барахлит, так что ужин слегка задержится. А я пока принесла вам печенье с чаем, — заботливо проговорила женщина, даже не зная, что только что испортила очень важный процесс.
— Спасибо, мам…
— Да, спасибо Вам…
Слегка нервно ответили парни, не смотря друг на друга. Оставив поднос со сладостями и чаем, женщина вышла из комнаты, в которой теперь стояла напряжённая обстановка.
Всё же сменив школьную форму на домашнюю одежду, Сэм принялся таращиться в телевизор, не испытывая ни малейшего увлечения от просмотра. Дин тоже не выглядел заинтересованным фильмом, будучи погруженным в себя. Десять минут просидев в молчании, Сэм не выдержал и решил заговорить первм:
— Неужели ты так опустел из-за прерванного веселья? Аж лица на тебе нет…
— Всё не так! — возмутился Дин, но затем потупил взгляд. — То есть, это тоже, но грустно мне за тебя.
— Что? — удивился Сэм такой подаче.
— Я грустный, потому что ты грустный… Я вижу, что у тебя есть проблемы, и ты не хочешь о них говорить, но мне из-за этого только не по себе, поскольку я никак не могу помочь человеку, который мне так дорог, это… — опустил взгляд, закончил свои искренние мысли парень, — больно.
— Могу я задать вопрос? — спросил Сэм, удивив этим Дина, но тот, не думая, кивнул. — Тебе, наверняка, много раз признавались в симпатии разные люди. Ты очень популярен и красив, так почему я?
— Что? Почему у тебя такие вопросы? — поразился спортсмен, но Сэм был спокоен и продолжил спрашивать волнующую его тему: