— Ох, тогда может пойдём погуляем? Погодка сегодня прелесть, — Дин вёл себя так, будто вчерашнего разговора о безликих не было, и это слегка бесило Сэма.
Любой человек, узнав о такой болезни, не сможет вот так легко пропускать её мимо ушей. Это же ненормально. Странно. Ужасно… Сэму это не нравилось.
— Не хочу, — бросил юноша, и хоть он не желал вредить Дину, но своими ледяными речами делал именно это.
— Что случилось? И не говори, что ничего, я же вижу, что ты снова сам не свой, — заметил парень, следуя за президентом по пятам.
«Нет, как раз сейчас я именно такой, какой я есть», — думал Сэм.
«Правильно. Ты именно такой. Бесчувственный и жалкий», — подтверждал демон, пытаясь вернуть парня в самого себя. В самоуверенного, холодного и жестокого. — «Ну же, признай это. Тебе совершенно не нравятся новые чувства внутри себя. Было же намного лучше, когда их не было, верно?» — Сэм не мог на это ответить. И вправду, когда он ничего не ощущал к Дину, ему было легче, но не так хорошо. Ещё никогда парню не было так хорошо… — «Закончи этот фарс и вернись ко мне. Верни старого себя. Сильного и гордого. Посмотри в зеркало, да ты жалок! Неужели собираешься остаться именно таким? Таким сла…»
— Хватит, — бросил Сэм то ли Дину, то ли своему внутреннему голосу.
— Что хватит?
— Хватит… Хватит быть таким милым. Ты что, совсем тупой или да? Не понимаешь, что, общаясь со мной, рискуешь всеми? — Сэм злился. На него давила неопределённость чувств.
«Я виноват…»«И что? Главное результат!»«Я всех обманул…»«Какая разница? Ты же добился своего».«Мне плохо…»«Так превращай думать о других и будет хорошо!»«Но Дин… Юки…»«Они лишь пешки. Мешают? Убери их с доски, в чём проблема?»
Сэм не мог совладать с эмоциями, желающими выплеснуться наружу.
— Что? — удивился парень, не понимая, о чём ему хочет сказать президент.
— То. По школе уже пошли сплетни о том, что ты испортился, начав общаться со мной, думаешь, дальше будет лучше? Как бы не так! — бросил Сэм, не желая вредить Дину ещё больше.
— Да всё так! А если кто-то не захочет со мной общаться, то пусть валят на все четыре стороны, мне плевать, — кричал Дин, и тут Сэм осознал, как сильно он въелся в его сердце.
Хороший парень, связавшись с Сэмом, уже дважды получил выговор. Хороший парень дрался из-за него. Хороший парень рискует потерять всеобщее уважение школы, и только из-за него. Осознание того, что Сэм снова может ранить кого-то дорогого, ударило по нему сильнее ножа, и тогда он понял, что готов отказаться от всех своих чувств, лишь бы дорогие люди не испытали те же муки, что и он.
— Знаешь, на самом деле я рассказал тебе о своём недуге, надеясь оттолкнуть, — соврал парень, думая, что Дин разозлиться и уйдёт, но вместо этого спортсмен притянул своего любимого к себе, жадно поцеловав.
«Да почему ты такой…» — злился Сэм на юношу, не в силах противостоять поцелую, действующему на парня как настоящее успокоительное.
— Ты меня не оттолкнёшь! — уверенно воскликнул Дин, ничуть не сомневаясь в своих словах. — Сэм, я люблю тебя. Правда и искренне. Да, узнав о твоей болезни, я испугался, но испугался исключительно за тебя! Мне хочется сделать тебя счастливым, и я готов ради этого на всё, потому прошу… — чуть было не плача, сиплым голосом закончил парень свою речь. — Не отталкивай меня…
«Теперь, что бы ты не сделал, ему будет больно. Оттолкни или останься, уже неважно. Ты всегда и всем приносишь только боль», — вместо умиления и счастья от признания, послышался грубый голос внутри. Сэм сжался до предела, осознав, что Дин в любом случае будет с ним страдать. Все, кто рядом с ним, страдают, и это тоже часть болезни.
В кармане Сэма завибрировал телефон, и, подняв трубку, юноша услышал грубый голос отца. Бросив пару односложных ответов, Сэм кинул взгляд на Дина, всё так же стоящего напротив него.
— Дин… прости, — всё, что смог вымолвить из себя Сэмюэль, выйдя из своего кабинета.
Слова вроде прости и спасибо очень редко слетали с уст самовлюблённого юноши. Сэм никогда и ни в чём не считал себя виноватым и верил в свою правоту. Вот только теперь он понял, что всегда был не прав. С самого начало и до самого конца…
***
— Твой вчерашний поступок чуть было не заставил меня звонить в ПДН, но я сдержался, — поведал мужчина, сидя с сыном за кухонным столом, будто деловые партнёры за переговорами.