— Кхе-кхе, минуточку внимания, — встав со стула, будто объявляя тост, выдал отец Дина, — Дин, мой дорогой сын, я счастлив видеть твою улыбку, и, заметив, что она стала шире с появление Сэмюэля, я стал ещё счастливей, — проговорил мужчина, на что два подростка засмущались. — И потому я желаю вам счастья и любви, а у каждого счастья должно быть своё место, — после данных слов отец Дина достал из своего кармана ключи, положив их в руку своего сына. — Так что мы дарим вам ваше новое гнёздышко, которое со временем вы, может, поменяете на побольше, но пока, думаю, вам будет достаточно и этого.
Сэм с Дином потеряли дар речи. Да, спортсмен предлагал переехать, но после началась заварушка, и они забыли об этом, но теперь… Возможность жить вместе нравилась обоим парням, и он были бесспорно счастливы этому.
— Папа, мама... Спасибо вам! — встав с места, обнял родителей юноша.
Сэм замялся, не зная, как себя вести. Вся эта семейная обстановка нравилась ему, но в то же время смущала, поскольку в его семье такого никогда не было.
— А? Кто-то пришёл? — удивилась женщина, выйдя из-за стола и пройдя к двери. Сэм сразу же почувствовал что-то неладное, а услышав знакомый голос, юноша тут же сжал кулаки, не понимая, зачем отец явился в его маленький уголок счастья.
— Так вот ты где! — бросил мужчина, говоря достаточно сдержанно при чужих людях. — Я же сказал, что приеду домой, почему ты здесь? — возмутился Дон Уильямс на сына.
Кинув взгляд на Дина, Сэм удивился тому, что юноша выглядел напряжённо, чем он сам.
«Он так переживает за меня…» — подумал Сэмюэля, почувствовав в душе тепло и силу, которую раньше не ведал.
— А где я ещё должен быть? — спокойно спросил юноша, продолжив есть ужин.
— Собирайся, мы едем домой и...
— Нет, — бросил Сэм, удивив своей резкостью каждого в кухне, даже самого себя. — Я не хочу идти в твой дом. Не хочу жить по твоим правилам, и я не хочу… — юноша сжал кулаки с болью в сердце, но сказав последние слова: — Быть твоим сыном. Ты не принимал меня прежде, как не принимаешь и сейчас.
— Да как ты можешь такое говорить?! Я твой отец, и от меня зависит, где ты живёшь и что ешь! Я тебя обеспечиваю, и ты будешь делать всё, что я говорю, иначе ноги твоей больше не будет в моём доме и ни о каком финансовой поддержке можешь даже не мечтать! — перестал скрываться под маской добродетели мужчина, открыв себя перед семьёй Винстанов во всей красе.
В кухне воцарилась тишина, и лишь тяжёлые вздохи Дон Уильямса нарушали покой. Сэму нечего было сказать отцу. Люди меняются, но такие, как Дон Уильямс, нет. Мужчина не чувствовал себя виноватым перед своим ребёнком, думая, что он его вещь без души. Сэмюэль подумывал извиниться за свои слова, если отец сделает то же самое для него, но по словам и действия Дона было понятно, что он не считает себя виновным в чём-либо.
— Это не беда, мы обеспечим Сэма всем необходимым сами, — вдруг заговорил глаза семейства Винстанов. — И нам за это ничего не нужно, как от вас, мистер Дон Уильямс, так и от Сэмюэля.
Сэм даже чутка вздрогнул от слов мужчины, который знает его от силы месяц, но относится с большей заботой и любовью, чем собственный отец.
— Вот именно. Не нужно пугать Сэма своими подачками. Мы сами о нём позаботимся, так что до свидания, мистер Дон Уильямс, Вы в нашем доме незваный гость! — встала на защиту подростка женщина, держа в руке скалку, которой она определённо желала воспользоваться, если гость не покинет их дом в ближайшую минуту.
Сердце юноши вновь ёкнуло, ощутив он себя в настоящей, любящей семье. На ладонь юноши легла рука, и, подняв голову, Сэмюэль увидел Дина, с улыбкой говорящего ему, что всё будет хорошо. Сэм верил ему, и потому ответил такой же милой улыбкой.
— Посмотрим, как ты запоёшь, когда тебе понадобятся мои деньги! Неблагодарный гадёныш, — кипел мужчина, выходя из дома Винстанов, не решаясь вступать в перепалку.
Дон Уильямс был богаче семьи Винстанов, но не настолько, чтобы в силах им навредить. Всё же отец Дина также вёл своё немаленькое дело, а мать была юристом, так что семья Винстанов точно может постоять за себя и за тех, кто им дорог.
Наконец проводив назойливого гостя, все вздохнули с облегчением, вот только юноша, из-за которого и начался весь сыр-бор, вдруг опустил голову, а на стол покапали его слёзы.
— Сэм, не слушай ты своего отца, он не прав! — сразу же приобнял своего парня Дин.