— Глянь, деревня! — удивился Серик.
— А что за деревня? — спросил Андрей.
— Да хер его знает. Я тут никаких деревень не знаю. В смысле не знаю, чтобы тут какие-то деревни были вообще — ответил Серик, пристально всматриваясь в туман.
Подкатили поближе. Увидели с десяток каменных строений. Небольших. Высотой примерно по грудь.
— Что это такое? — спросил удивленный Андрюшка.
— Похоже, старинное мусульманское кладбище — ответил Шура, разглядывая непонятные строения.
— Серик, где это кладбище? Где мы? Ты же должен знать — спросил мастер.
— Не слышал никогда, чтобы в этих краях какое-нибудь кладбище было. Шайтан его разберет, где мы! — в сердцах выдал водила.
— Тормозни. Я осмотрю, что это — сказал Андрей.
Серик остановился около строений. Андрей вылез из кабины в промозглую сырость. Ни Серик, ни Шура вылазить из теплой кабины не пожелали. Андрей подошел к каменным сооружениям. Было их ровно восемь. И стояли они кругом. Вблизи эти каменные сооружения были совсем не похожи на дома. Они имели треугольную форму. Основаниями треугольники смотрели внутрь круга, а острым углом — наружу. Андрей подошел вплотную к одному из камней. Да, это был цельный камень. На вид древний и выветренный.
«Сколько же лет им?!» — подумал Андрюшка. Оглядев округу еще раз, он вошел в центр круга. Попытался встать именно в центре. Поглядел на камни. И вдруг увидел, что камни соединены между собой. От их оснований шли прямые перемычки и соединялись они в центре. Причем, эти перемычки были под песком. Но Андрюшка их ясно различал из-за разницы высот. Как он это видел, когда теней не было совсем, он не понимал. Кроме того, он различил круг, очерченный около камней. Четыре камня были подалее от круга, а четыре — почти у окружности. Через один. Он встал в самый центр. И понял, что он стоит в глубокой яме. Машины совсем не было видно. Да и ничего другого, кроме камней, видно не было. У парня закружилась голова. Чтобы не грохнутся он сел, где стоял. И увидел прямо у своих ног маленькую черную пирамиду. В основании с пару спичечных коробков. Андрюшка взял ее. Повертев так и эдак, положил в карман куртки. Головокружение прошло. Он встал на ноги.
Огляделся. Никакой ямы не было. Пошел к машине.
«Что-то с моей головой произошло. Что-то типа короткого обморока» — подумал Андрюшка. Уселся в машину.
— Ну, че там? — спросил Серик.
— Не знаю. Странное какое-то сооружение. Не кладбище мусульманское. Это точно — ответил парень.
— А что тогда? — спросил Шура.
— Черт его знает. Что-то древнее — ответил Андрюшка.
— Похоже, только Шайтан и знает! Дурное место. Валим отсюда — сделал заключение Серик.
— Давай по нашим следам обратно. На тот бархан выедем, потом домой. Ничего мы в этом тумане не найдем — скомандовал мастер.
Серик молча развернулся и покатил обратно. Благо, ветра не было, и собственная колея виднелась ясно. Когда добрались до бархана, туман стал редеть. И стал подниматься ветер. Пока добрались до базы, мело уже знатно. Времени было уже часа три с лишним. Андрюшка доложил о проделанной работе. Рассказал о странном месте, куда занесла их нелегкая. Про пирамидку умолчал.
— Херасе, куда вас занесло! Что-то не слышал я от бурил про такое сооружение, а они там все объездили — прокомментировал рассказ Равиль.
Потом сходили в столовую, слопали поздний обед и стали собираться домой. Тут Андрюшка слегка повеселел. Он вспомнил, что сегодня пятница.
Мабельрод Безликий
Пока катили на служебном автобусе до дому (а ехать было часа полтора-два), Андрей думал, что будет делать на выходные. Самым лучшим было бы сидеть дома и смотреть видео. Тем более, пару новых кассет он недавно приобрел. Но тут мог получиться облом. Из-за отсутствия отопления все в их доме, да и четырех других, гоняли электронагреватели. Сеть перегружалась, электричество то и дело отключалось. Включать обратно электрики ЖЭКа не спешили. Прошлую субботу Андрюшка просидел без света почти весь день. А в воскресенье работал. Он тяжко вздохнул и уставился в темное окно.
За окном, справа, мелькали темные дома какой-то деревеньки. Слева шла железная дорога. Темно, холодно, тоскливо. Шел девяносто третий год. Союз уже развалили. А Россия стремительно неслась по пути свободы и демократии. А также приватизации, криминала и развала. Заводы вставали один за другим, колхозы разваливались. Кроме нефти и газа почти ничего не производилось. Впрочем, идеологов реформ это ни грамма не беспокоило.
«Зачем нам ваши станки? Нефть, газ продадим. Купим все нужное за границей!» — высказал директору какого-то завода Егор Гайдар. Эти слова станут лозунгом правящей верхушки на долгие годы.