Было что-то в тоне его голоса такое, что заставило всех замереть на месте, и в комнате на мгновение вновь воцарилась недобрая, нехорошая тишина.
– Дмитрий Алексеевич Волков, – Маяков нащупал руками спинку стула, развернул его к себе и медленно на него опустился. Всё его лицо потемнело, а в глазах заблестели огоньки. – Вот мы и встретились. Столько лет прошло. Это ведь… – он как-то нервно засмеялся. – Считай двадцать с лишним лет прошло. Поразительно, как время всё расставляет по своим местам.
– О чём это ты, Гриша? – испуганно шепнул профессор.
– Да вот, профессор, знакомьтесь, – хлопнул по коленке Маяков. – Одноклассник мой. Дмитрий Алексеевич Волков. Вот уж не думал, что мы повстречаемся в такой обстановке.
Иван и Алексей с какой-то надеждой в глазах посмотрели на майора Волкова, но по его помрачневшему лицу поняли, что надеется на что-то хорошее здесь, пожалуй, не на что.
– Что же ты, одноклассника своего не узнаёшь? – с усмешкой произнёс Григорий, сверля взглядом Волкова.
– О чём это он, Дмитрий? – ткнул майора локтём в бок Труханов. – Вы что? Знакомы?
Волков молчал.
– Знакомы, ещё как знакомы, – ответил за него Маяков.
Он нервно потёр дрожащей рукой свой лоб. – Вместе в старших классах учились. Большие надо сказать надежды этот человек подавал. Не думал, что ты вот так вот кончишь, – обратился он к Волкову. – Впрочем, это и неудивительно, что ты в "призраках" оказался.
– Дмитрий, так ты знаком с ним? – шепнул Труханов, не без любопытства заглядывая в лицо Волкова.
Тот продолжал угрюмо молчать. Только глаза его тревожно поблёскивали.
– Столько над тобой в школе измывались ребята, избивали тебя, - продолжал говорить Маяков. – Теперь вот ты избиваешь и людей калечишь. И кто ещё виноват во всём, так сразу и не скажешь. Иной раз посмотришь на человека и не узнаешь, что у него там творится в голове. В школе ведь ты тихоней был. Всех вокруг сторонился, никого к себе не подпускал, – он медленно откинулся на спинку стула, стул при этом протяжно заскрипел. – А я слышал про тебя. Правда, не думал, что ты это ты. Думал, это, наверное, про какого-нибудь другого Волкова говорят. А теперь вот встретились, и всё сразу на свои места встало, – Маяков сделал паузу. – Я ведь тоже в Летарг переехал. Давно уже. После школы считай. В науку пошёл, медициной занялся. Всё, правда, не так хорошо, как хотелось бы. Раньше помню, иначе себе всё это представлял.
– Дмитрий? – раздался сзади приглушённый голос Падорина - Что делать будем, Дмитрий?
– А что делать? Что было, то прошло, – подал голос Труханов. – Как имя ваше? – обратился он к сидящему Маякову.
Маяков, не отвечая, посмотрел сначала на Труханова, затем на Волкова.
– Я спрашиваю, как имя ваше? – настойчивым голосом повторил Труханов.
– Ну что, Дмитрий, – хрипло проговорил Маяков. – Я тебя не трогал, может и ты, по старой памяти, нас трогать не будешь?
Волков молчал, затуманенным взглядом смотря на своего одноклассника. Руки он привычно убрал за спину и всем своим видом напоминал каменную статую – безмолвную, мрачную и ко всему равнодушную. Майор не мог на что-либо решиться. Если бы была возможность, он, пожалуй, просто развернулся бы и ушёл. Но уйти было нельзя. За спиной у него стояли сослуживцы, такие же, как и он, беспощадные искоренители системных противников, призраки, которым чужды проявления милосердия и сострадания, поскольку они выносят справедливый непредвзятый приговор.
Майор и сам не мог понять, почему вдруг в нём возникла эта нерешительность, эти сомнения. Сколько раз он уже выезжал на зачистки и производил арест и никогда ещё не испытывал при этом угрызений совести. А здесь, какой-то старый одноклассник, с которым он не виделся уже тысячи лет, пробудил в нём дремавшие доселе эмоции и чувства. Да почему он вообще должен над ним сжалиться? Что он ему такого сделал? «Или не сделал, – думал про себя Волков. – Когда меня избивали, ты просто стоял в стороне и даже не пытался вмешаться. Вот и я теперь постою и посмотрю. Пусть Падорин и Труханов действуют. Они сообразят, как следуют со всеми вами поступить».
– Мы ничего плохого вам не сделали, – нарушил затянувшееся молчание Маяков.
– Да что это он?! – гневно вскрикнул Труханов. – Ты что это, паскуда, думаешь, майор Волков с врагами Системы договариваться будет? Чёрта с два! Скажи ему, Дмитрий. Ты хоть знаешь, с кем имеешь дело?
Маяков медленно поднялся со стула.
– Что же ты? Так и будешь молчать? – обратился он к Дмитрию.
– Имя и фамилия ваша! – сквозь зубы прошипел Труханов. – Говорите! Вот что, поедете с нами. И вы, и профессор.