– Я не заступаюсь, – глухо возразил Падорин. – Только тебе потом… отчитываться за всё это… самому.
– Отчитаюсь, Падорин, не беспокойся, – зло сверкнул глазами Труханов.
– Хватит с него, – бросил вдруг Волков бесстрастным голосом. – В машину грузите. Обоих.
Касьянов послушно отступил от Маякова и с довольной красной рожей оглянулся на своих учителей.
– Хорошо, Касьянов, хорошо, – одобрительно похлопал новобранца по плечу Труханов.
– У студентов запишите фамилии и имена, – продолжил отдавать приказы Волков.
– На, держи, – Труханов подал Касьянову какое-то приспособление, напоминающее собой пульт с экраном. – Я их хорошо приложил, - кивнул он на Ивана и Алексея. – Проще будет через чип узнать. Приложи к руке. Там вся необходимая информация про них высветится.
Касьянов послушно прошёл к студентам. Бесцеремонно взял за руку сначала одного, сканировал у него чип, затем тоже самое проделал с другим.
Труханов и Падорин подхватили обмякшее тело Маякова и потащили его вниз к машине. На лестничной площадке, Волков пропустил их вперёд, затем вернулся в гостиную и щёлкнул выключателем. Светлая уютная комната мгновенно погрузилась в кромешную темноту.
***
На крыльце подъезда с призраками столкнулась какая-то старуха, вероятно, проживающая по соседству. Завидев служителей Системы, несущих на плечах истекающее кровью тело Маякова, старуха с испугу отскочила в сторону, злобно посмотрела на Волкова, последним выходящего из подъезда, а потом быстро, насколько позволяли ей больные ноги, прошла в полутёмный тамбур, предварительно захлопнул за собой массивную железную дверь.
Звягин с вечной улыбкой на лице, раскрыл перед сослуживцами двери отсека для заключённых.
– Ну вот, как всегда, – осклабился он. – Каждый раз, всё идёт не по плану. Ну невозможно в смену Волкова обойтись без мордобоя.
Труханов и Падорин сбросили на пол микроавтобуса бездыханное тело Маякова. Сидящий тут же на скамье профессор мгновенно подскочил со своего места.
– Что вы с ним сделали?! – закричал он, бросаясь к своему ученику. – Да вы его совсем покалечили! Звери! Гриша! Гриша, ответь. Нужно вызвать ему медиков, он же умрёт!
– Умрёт, так умрёт, – равнодушно ответил Труханов, запирая за ними двери. – На одного подонка меньше. Просканировал чипы? – обратился он к стоящему рядом Касьянову.
– Ага, – довольно кивнул новобранец.
– Давай сюда пульт. Ишь, улыбается. Рот до самых ушей.
– Ну, что парни, едем обратно? – Звягин запрыгнул на водительское сиденье. – В офис сообщил, что у нас всё гладко прошло. Без происшествий. Ну, почти.
– Да куда ты торопишься, Звягин, – насмешливо отозвался Труханов. – Дай хоть отдышаться после операции. Ну что Касьянов? Какие ощущения после первой зачистки? Не то, что на затворках стоять, тылы прикрывать, верно? Так ничему не научишься. Хорошо, что Волков тебя взял. Ты, парень, смышленый. Быстро всё на ходу схватываешь.
Падорин поискал глазами Волкова и, заметив его в стороне от машины, недолго думая направился к нему.
– Дмитрий, – окликнул он майора по имени.
Волков обернулся, зажав бледными губами сигарету.
– Сейчас поедем, – небрежно бросил он.
– А я тебя и не тороплю, – отозвался Падорин.
Волков не без любопытства взглянул на бывшего военного, заметив на его лице волнение и тревогу.
– Закуришь? – он протянул Падорину упаковку сигарет.
– Пожалуй, – Падорин нервными движениями выбил из маленькой белой коробочки одну сигарету. От внимания Волкова не ускользнули его трясущиеся руки, когда он прикуривал от предложенной майором зажигалки. Задавать вопросы впрочем, Волков не спешил. Ждал, когда Падорин сам заговорит. Так, они молча простояли бок о бок с минуту. Падорин всё курил и курил, делая глубокие затяжки, а Волков смотрел на серые плывущие по небу дождевые облака, изредка поднося к себе сигарету.
– Дмитрий, – произнёс, наконец, бывший военный, каким-то треснувшим голосом. – О том, что произошло на зачистке… Ну, что я заступился за этого учёного. Ты… ты не мог бы…
Волков безмолвствовал. Подул сильный ветер. С неба упало несколько холодных капель. Одна приземлилась Дмитрию на щёку и скатилась по ней к подбородку. Стальной серп месяца спрятался за тучу, затем вынырнул и залил весь ночной небосвод прохладным синим цветом.
– Ты не мог бы не докладывать начальству? – довершил Падорин хриплым голосом.
Волков, поджав губы, откинул от себя окурок, развернулся на месте и посмотрел в свою очередь на сослуживца: