И вот… дверь в его палату протяжно заскрипела, даже скорее застонала. Шумко смотрел на неё, выпучив глаза и напрягая непослушное зрение. На пороге появился высокий мужчина в чёрных брюках и белоснежном халате. Он был погружён в чтение какой-то папки с бумагами, которая полностью скрывала его лицо. Шумко, затаив дыхание за ним наблюдал. Ноги вошедшего, обутые в чёрные лакированные ботинки в голубых бахилах, неторопливо перешагнули через порог, после чего мужчина в халате медленно прикрыл за собой дверь и приблизился к койке, всё также скрывая своё лицо.
– Пациент уже проснулся, верно? Как ваше самочувствие? – произнёс он хрипловатым голосом.
– Кто вы? Что я здесь делаю? – вскрикнул Шумко. – Почему... почему вы меня связали?
– А вы как думаете? – усмехнулся "доктор", всё также уставившись в свои бумаги. – У вас есть какие-нибудь предположения, Илья Олегович?
Его голос был до невозможности мягким и обходительным, но при всём этом в нём звучало нечто зловеще, нечто, отчего Шумко стало вдруг не по себе.
– Я... я ничего такого не сделал! – в страхе заговорил он.
– Неужели? – последовало саркастический ответ.
Шумко вновь обвёл глазами помещение, облизнул пересохшие губы, затем перевёл взгляд на стоящего перед ним мужчину и тихо спросил:
– Это… вы?
Из-за папки с бумагами раздался недовольный кашель, после чего последовал ответ:
– Собственной персоной.
– Я… Я… Я не виноват. Скажу сразу! – затараторил Шумко. – Товар вам должны были передать ещё два дня назад. Если они его задержали, это их проблемы.
– Хм, – перелистнул бумаги "доктор".
– Мы с парнями всё аккуратно делали. Аварию устроили, где вы и просили. Баба одна ехала в машине. Я сам это видел. Её скорая увозила. Вы ведь скорую прислали, верно?
"Доктор" ничего не ответил.
– Зачем меня сюда привезли? – запричитал Шумко, бросая испуганный взгляд на столик с хирургическими инструментами. – Здесь какая-то ошибка. Меня не должно здесь быть. Я ни в чём не провинился. Я вас не сдал, честное слово. Вы из-за полиции меня сюда привезли, да? Она приходила ко мне на прошлой неделе. Так это не из-за вас. Я просто... оторвался с друзьями в баре хорошо, и соседи вызвали полицаев. Я о вас им ни слова не сказал. Можете проверить. У вас же везде есть связи. Спросите сами.
"Доктор" продолжал его игнорировать.
– ВЫ СЛЫШИТЕ МЕНЯ??!!! – надрывно заорал Шумко. – МЕНЯ НЕ ДОЛЖНО ЗДЕСЬ БЫТЬ!!!
– Я вас хорошо слышу. Не нужно так кричать, – спокойным голосом ответил ему "доктор".
– Это, правда, вы? – чуть тише произнёс Илья. – Но… почему! Это ведь несправедливо! Я... Я... вам не подхожу. Я же алкаш, я курю, как паровоз. Зачем вам понадобились мои органы? Чёрт побери! Я же поставляю вам товар, в конце то концов! Я делаю свою работу и делаю её хорошо, поэтому я не понимаю, к чему всё это... – закончил он, после чего быстро добавил. – Почему я здесь, Скальпель?
– А вот здесь я вынужден с вами не согласится, – стоящий перед Шумко мужчина, медленно опустил свою папку, после чего глазам его предстало страшное лицо с ликом Смерти.
Разумеется, это было ненастоящее лицо Смерти. Это был всего-навсего грим. Но хоть это был и грим, выглядел он настолько реалистично и чудовищно, что Шумко почувствовал, как по коже его забегали ледяные мурашки. Складывалось ощущение, что на него взирает оголённый череп человека, у которого вместо глаз горят раскалённые янтарные угольки. Волосы на черепе, однако, были залакированы и аккуратно зачесаны назад. Только одна прядь, совершенно седая, свисала ему, на покрытый белоснежной краской, лоб.
– Я не Скальпель, – хрипло произнёс он. – Хотя я жажду с ним встречи, чего не скажешь о вас.
"Доктор" в гриме медленно обошёл койку своего пациента и опустился рядом с ним на стул. Шумко не сводил с него ошарашенного взгляда.
– Моё имя Безликий, – очаровательно улыбнулся он. – Так меня окрестила пресса, но лично я называю себя иначе. Вы разве не смотрите новости?
– Я знаю, кто ты, – глаза Шумко вдруг вспыхнули злобой. – Ты хоть понимаешь, что ты наделал?!
– Хм-м... просветите меня.
– Ты... похитил… МЕНЯ!
– Хм-м.
– Ты - труп! ТЕБЕ ЯСНО ЭТО? ОН НАЙДЁТ ТЕБЯ И ПРИКОНЧИТ! ПСИХ! – Шумко рванулся к Безликому, но натянутые кожаные ремни быстро вернули его в прежнее положение.