- Очень сильно, тан. Гелианские прогнозы астрономического центра передавали по телеграмму большие осадки, которые продлятся месяц, в преддверии Циуанского сезона дождей, который длится три месяца.
- Скверно, мой друг, скверно. «Коравелла» не выдержит бурь и ветров, а я так все продумал для этого путешествия. – тан с огорчением отложил подзорную трубу на позолоченный стул.
- Не вижу смысла огорчаться, Бахарис. – генерал сел напротив понурившего голову тана, который уткнулся в свой красный мундир с гербом Циуанты, и утешительным тоном продолжил, - вам ни к чему кругосветные путешествия по морям. Зачем искать счастья за морями, если оно есть на нашем родном острове? – генерал вытянул руку, раскрыв ладонь. На указательный палец, порхая золотой пылью, уселась красивая лиокана, игриво размахивающая крылышками, тем самым вызывая улыбку у тана. Взмахнув крыльями еще сильней, из золотой пыльцы в воздухе возник образ герба острова, который тут же рассыпался в яркий прах.
- Может ты и прав, мой дорогой друг. – правитель поправил плащ, переведя взор на прекрасные виды столичного города, за горизонтом которого поблескивали в лучах солнца прозрачные волны. – Быть может, Охата оберегает меня от плохой идеи и указывает своей золотой дланью на верный, праведный путь. Тогда мне нужно будет еще подумать. Перейдем к обсуждению государственных дел, присаживайся ближе. – тан разложил на столе карту и записи, начиная погружаться в работу.
Охата – это языческое божество иуантов. По преданию, Охата является богиней процветания, плодородия и именно она посылает лиокан разлетаться по острову и радовать жителей красотой и их беззаботностью. Иуанты поклоняются ей и организовывают празднества в ее честь. В мире, где религия уже много лет канула в прошлое, только два государства продолжают веровать. Это святая земля Талаан, обитатели которой поклоняются их единому светлому богу и природе и Циуанта, последняя обитель язычества.
Генерал и тан провели весь день на балконе под тентом, скрываясь от лучей палящего солнца, обсуждая план работ на текущий период. И, наконец, отложив бумаги в сторону, тан приказал слуге принести пуэра, который очень ценился иуантами. Разлив горячий напиток по кружкам, завелись беседы за столом.
- Вечереет. – задумчиво произнес Бахарис, ощутив на себе морской ветер, который к шести часам раздувался с большой силой. – Люблю такую погоду у нас: и не слишком жарко, и не слишком холодно. Так вот, мой дорогой друг Харус, ты что-то упомянул про Нифалеса, моего двоюродного брата. Из всех вышеописанных проблем, его имя озвучивалось чаще всех остальных. Чем мой недовольный родственник на этот раз вызвал такой ряд неприятностей?
- Нифалес Гордый, как он просит себя называть. – улыбнулся генерал, помочив длинные, свисающие лианами усы в пуэре. – Трудный человек. Из всех губернаторов, он самый частый нарушитель покоя и закона. То, что он стал главой Кхаддараса вызывает негативную реакцию у населения. Поговаривают, что он частенько планирует митинги и питает нелюбовь к вам, но открыто признаваться в этом отказывается, а доказательств так и не найден, как и свидетелей. Молчат, тан, молчат. Но мы разберемся с этим, даю слово.
- Нифалес всегда не был рад тому, что титул тана был присужден мне по праву, а не ему. Не знаю, в кого из нашего рода он пошел. Дядя Карталус был человеком чести, я помню, как он учил меня фехтовать. А вот Нифалес… если мы найдем доказательство того, что он выступает за эти нелепые атеистические Гелианские идеи, мы сможем посадить его в яму. Ты же знаешь, мой друг. Охата – наша покровительница и каждый должен верить в нее, чтобы она смягчалась над нами и даровала мир. Если такие люди, как мой двоюродный брат, будут твердить о вере в технологии Гелиансии, она разгневается. Это нужно пресекать.
- Непременно, тан Бахарис, я сделаю все, что в моих силах. А что вы решили с прекрасной Файлин?
Бахарис помедлил, задумчиво покосившись на горизонт. Затем, одна из лиокан села ему прямо на нос и начала щекотать своими лапками. Прогонять и тем более убивать их – считалось страшным преступлением, поэтому в такой нелепой позе, сведя глаза в кучу, тан с удивлением разглядывал странное поведение бабочки. Затем, легко вспорхнув и усевшись на перила, она начала кружиться в воздухе, вырисовывая какие то знаки. Затем к ней присоединились и остальные. Танец продолжался несколько секунд и в итоге сформировал сказочно мерцающую золотом надпись «ФАЙЛИН». Бахарис воскликнул и стал аплодировать находчивым сказочным существам. Тан поблагодарил Охату за прекрасно поданную идею и, кивнув генералу, произнес: