— Ну, спасибо ребята на добром слове — вполне искренне ответил Атаман. Ему было приятно ехать в кругу будущих единомышленников, понявших суть существования человека не только из прочитанных умных книг, а проживших и прочувствовавших всю несправедливость той жизни на своей шкуре.
Вечером второго дня вылазки, на временной базе «мародерщиков» устроили небольшие посиделки. Основная работа поисковиков уже была сделана, завтра ожидался большой грузовой караван. Поэтому с удвоенным аппетитом поедались найденные в поиске деликатесы, ведь в скором времени они исчезнут из памяти людской. А желающие могли и по стопочке пропустить, не больше, пьянство в команде не приветствовалось. В кубрике велись неспешные разговоры при свечах, вспоминалось прошлое, делались наметки на будущее.
Андрей, как заведено, дал небольшой концерт на гитаре. За эти месяцы он сильно посерьезнел, стал совершенно другим человеком. И репертуар его песен соответственно изменился, в этот раз было много баллад Высоцкого, раннего Розенбаума, исполнялся даже Егор Летов. В бытовке стало немного душновато, и Михаил вышел в большой предбанник, где они оставляли грязную верхнюю одежду. Он не спеша, достал маленькую сигариллу и прикурил. Сквозь небольшое окошко виднелись только очертания складов, по стеклам хлестали упругие струи осеннего затяжного дождя. Он прильнул к стеклу, пытаясь хоть что-то увидеть. Ведь где-то там, сразу за небольшой промзоной находились кварталы старинного города, некогда непобедимой крепости земли Русской. Сколько этот город видел сражений и битв? Сколько полчищ врагов через него прошло? Но даже разбомбленный и сожженный, он снова и снова возрождался к жизни, но именно это неведомое нашествие город уже не переживет.
— Думаешь что-то путное разглядеть? Не советую — вдруг раздался над головой голос Матвея, Михаил от неожиданности аж вздрогнул.
— Это почему это не советуешь?
— Да, блин, потом что-то непонятное начинает мерещиться. В этом городе, вообще, долго находиться нельзя, крыша начинает потихоньку съезжать. Не представляешь, с каким удовольствием мы приезжаем обратно в наш поселок. Безлюдные улицы конкретно так на нервы людям действуют. Не место здесь живым, это уже не наша территория.
— Ничего, зимой отдохнете. А города, да, вскоре начнут разрушаться. Не видел снимки из Припяти? Город такой был у Чернобыльской станции.
— Да приходилось, жуткие кадры. Неужели со всеми городами лет через двадцать так же будет?
— Ну, примерно да. Где-то быстрее, где-то помедленнее. И еще ведь есть дороги, мосты, за ними тоже уход надобен. А около химических и прочих опасных заводов уже и жить, наверное, нельзя. Все заражено от выбросов будет. Так что у нас лет пять только есть, чтобы необходимые для жизни вещи из городов вывезти. В будущем мегаполисы останутся нужны, только как месторождения полезных ископаемых. Кирпич, камни, металлы — этого на сотни лет хватит. А нам главное сейчас технологии не потерять, иначе только так скатимся в дикие времена.
— И когда ты успеваешь обо всем этом подумать, Петрович? Я тут в суете даже о семье покумекать не успеваю.
— А что, есть наметки?
— Ну, как бы да — Матвей взъерошил своей лапой густые волосы — Алиса давно зовет. С Полиной у нас еще в Питере не заладилось, хотя девка она хорошая, это я дурак был. Вот думаем, как дожди кончатся, свадебку и сыграть. Может вместе с братьями Михайловыми? Распишешь нас, командир?
— Да без проблем. Дело нынче нужное. Да вот еще… — Михаил притушил сигариллу — Сможете командой быстро смотаться в Вязьму? Как только первые заморозки пройдут. Думаю, необходимо глянуть там, что да как? Разведчиками вас усилим.
— А чего нет? Сейчас отдохнем немного, технику подлатаем и готовы будем. Главное погода, а то декабрь на носу, а все слякоть.
— Погода и в самом деле странная, даже местные заметили. Тогда договорились, и заодно проверите, насколько новые рации реально бьют.
Мужчины удовлетворенно кивнули друг другу и двинули в бытовку, где раздавались веселые песни.
Жизнь продолжается!
Новогоднее
Как же все-таки приятно после жаркой баньки выбежать на прозрачный морозный воздух и освежить немного разгоряченное парилкой тело! Короткий зимний день стремительно просквозил сквозь синие сумерки в блестящую от лунного света ночь. На улице потрескивает легкий морозец, небо вызвездило яркими огоньками, а прямо над головой сверкал ярко полнеющий месяц. Небесный спутник Земли своим призрачным сиянием высветил покрытые зимним саваном просторы, путался тенями в деревьях, и превращал обычный заснеженный лес в сказочное Лукоморье. Михаил с удовольствием впитывал эту зимнюю красоту, природа всегда подзаряжала его энергией и придавала новых жизненных сил.