К великому удивлению, не прошло и месяца, как муж заявил, что работа ему понравилась. Поднимался он теперь ни свет, ни заря, собирался тщательно, а затем в радостном возбуждении отправлялся в свой офис.
Ещё через год супруги купили квартиру. Огромную «трёшку», в элитном районе города. «Старую» решено было срочно продать. Доложить из тех, что "заработали" (Евины заначки на всякий пожарный) и приобрести просторные апартаменты с видом на озеро. Несколько долгих месяцев ушли на их обустройство. Бесчисленные траты истощили кошелёк в ноль, однако по сравнению с тем, что ждало впереди, то были сущие пустяки.
Когда они, наконец, переехали, счастью, казалось, не будет предела. Обстановка нового дома подействовала на Еву как и на большинство других молодых женщин. Она строила планы на будущее, выбирала мебель и шторы, мечтала о детях, решала, в какой из комнат те будут жить. Одним словом, с головой погрузилась в приятные ежедневные хлопоты. Однако новая жизнь закончилась, едва начавшись.
В один из дней, не дождавшись звонка от мужа, Ева поехала к нему на работу сама. Попросила коллегу подбросить до знакомого офиса. Каково же было её удивление, когда, войдя в кабинет, она застала Влада в жарких объятиях другой женщины. Юбки на той уже не было, а из расстегнутой на груди кофточки торчала пара увесистых, но не потерявших при этом свежести, округлых форм.
*****! Как же, погано всё вышло!" — воспоминания Еву не отпускали.
Стоило подумать о бывшем, перед глазами всплывала картина застигнутых врасплох любовников, удивлённое лицо молоденькой потаскушки и, раскрасневшееся от возбуждения, Влада.
Фразы типа: "Да как он мог?" и "Почему я раньше ни о чём не догадывалась?" давно уже канули в Лету.
Одна лишь Ева знала, чего ей стоило жить дальше "как прежде". Делить ванную и кухню с человеком в один миг ставшим чужим. Дышать с ним одним воздухом, который, казалось, даже пахнет теперь чужими духами. Видеть его довольную рожу и подавлять в себе желание исцарапать предателю лицо в клочья. Превратить в лоскуты щёки и нос, чтобы узнать, понравился ли он сучке своей в таком вот непрезентабельном виде.
Влад, как ни странно, отнёсся ко всему философски. Поразмышлял о том, что над судьбой своей мы не властны. Посетовал, что, видимо, ошибся (тварь) в первый раз с выбором партнёра для жизни и предложил остаться друзьями. Ну и, конечно же, квартиру захотел "по-честному" разделить. Мы ведь семья всё-таки, и "вместе на неё зарабатывали".
Всё это время Еве казалось, из неё вынули душу. Обваляли бедняжку в чём-то удивительно мерзком и вставили затем обратно. Приклеили мощным скотчем, отчего избавиться от скверного запаха уже никогда не получится. Придётся с ним жить. Вот как только, те, кто клеил, не уточнили.
Сознание пребывало в абсолютной прострации. Поэтому развод и момент, когда она, подписав какие-то документы, стала хозяйкой старой «хрущевки» на окраине города, Ева ожидаемо упустила. Вроде как у пассии Влада нашлись свободные деньги, и взамен половины "трёшки" влюблённые купили ей жилье где-то далеко на отшибе. А может быть бывший её взял кредит в банке, она точно не помнила. Да и не столь важно это теперь.
Очнулась Ева, когда перевозившие вещи грузчики, покуривая у подъезда, попросили оплаты...
Квартира оказалась на редкость древней. Настолько, что даже оставшиеся от прежних хозяев стулья на изогнутых ножках и часы с боем в углу единственной комнаты виделись раритетом. Свисающие со стен обои, ветхие, в облупленных рамах двери, треснувшая от времени побелка на потолках и горы хлама на узком балконе.
Еве сказали, здесь жил одинокий старик. Детей у него вроде как не было, а дальние родственники после смерти хозяина от квартиры поспешили избавиться, выставили её на продажу с изрядной скидкой, отчего покупателя долго ждать не пришлось.
Первое, что решила сделать Ева, оказавшись внутри "нового помещения", это сесть на продавленный долгим использованием, старый диван и тихонько расплакаться.
Жалко было даже не подаренную родителями, и ставшую разменной монетой «двушку» (хотя и её, безусловно, тоже). А впустую потраченного на бывшего мужа времени. Жизни жалко своей и надежд на будущее, которым не суждено теперь сбыться. Обидно за бессмысленно вложенные в мерзавца силы. Работы жаль, с которой Ева уволилась, потому, как не могла больше выносить слова поддержки и видеть какими глазами провожают её коллеги по офису. Да, что говорить, многого не хотелось терять...