Первое время ничего внутри видно не было. Осевшая на стенах пыль, усеянный экскрементами пол, да куча каких-то валяющихся в углу тряпок (откуда, кстати, они там взялись?)
Поводив фонариком по периметру помещения, Ури уже собрался, было, свет выключить, как внезапно заметил, что из кучи тряпья торчит рваный ботинок с вмонтированной в подошву, никелевой пластиной.
Подобной обувью снабжались обитавшие, на нижних уровнях деграданты. Носили её в обязательном порядке, чтобы в случае необходимости, контролирующие Шестой Уровень, ПМ (Проекционные Модули), могли создать в зоне магнитное поле и пригвоздить обитателей подземелья к основанию входного приёмника.
Пока Гирш тупо разглядывал свою находку, ботинок пошевелился, отчего вся, навалившаяся сверху гора мусора, пришла в движение. И когда тряпьё развалилось на части, толстяк к своему ужасу осознал, что ногу, на которую ботинок обут, держит в зубах всё та же, минуту назад пялившаяся в стекло крыса!
Ну как ногу, часть голени, скорее, которая от той пока что ещё осталась. Косясь на проникающий в шахту свет, зверь упоительно чавкал перепачканной в запекшейся крови мордой, одновременно озабоченно контролируя темноту позади себя.
Здесь только Ури почувствовал, что ноги его больше не слушают. Противная дрожь била всё тело, но отчего-то именно ноги отреагировали на неё внезапным параличом. Он различил ещё, как штольня за спиной крысы обозначилась красными вкраплениями, после чего тварь трапезу свою ускорила. Доела плоть, прокусила несколько раз толстый ботинок и, убедившись, что тот несъедобен, отбросила в сторону.
В ту же секунду тьма ожила. Засверкала десятками глаз, зашуршала сотнями, скребущих каменный пол лапок, и извергла в луч света, копошащийся жирными спинами ковёр из крысиных тел.
Будь у толстяка выбор, он предпочёл бы сейчас проснуться. Вскочить на мокрой от пота постели и закричать, сбрасывая с себя одеяло. Дико вращая глазами, Ури бы обернулся по сторонам, убедился, что ему ничего не грозит, а посетившая сознание вселенская жуть, всего лишь сон в тёмной ночи. И обессилено повалился б обратно. Расслабленно застонал, ощутив себя в безопасности. Выпил бы бутылочку холодного пива из холодильника, которое всякий раз безотказно спасало.
Но сегодня выбора у Гирша, к сожалению, не было. В самой, что ни на есть мерзкой реальности, он стоял у тяжёлой двери. В немом исступлении рассматривал, как вихляющие кольчатыми хвостами монстры (размером с собаку каждый) обнюхивали кровавую морду зверюги, что сожрала конечность неизвестного дегра. Суетились, недовольно пищали, с осуждением рассматривая сытую крысу. Однако, внезапно обнаружив наблюдавшую за ними "еду" за окном, осуждать сородича бросили. Мгновенно переключившись на двуногую плоть, звери поначалу окаменели, явно не веря в собственную удачу, а затем ожили разом.
Первой, на дверь бросилась крыса, стоявшая в центре. Огромная чёрная тварь, разогнавшись на свободном участке, аки торпеда, ударила головой в иллюминатор с такой силой, что тот жалобно застонал. Зазвенел ржавыми заклепками, словно предупреждая Ури, что долго он не протянет.
Ну а вслед за первой в атаку пошли остальные. Грызуны набирали скорость, прыгали, что есть сил, в высоту и бились в стекло по очереди, весьма грамотно. Откатывались после удара назад, освобождая место для тех, кто двигался в арьергарде.
Сколько продержалась бы дверь, неизвестно, но только в следующий момент Обрам почувствовал, как чья-то рука схватила его за шиворот и потянула от заваренной штольни прочь.
— Ури, сдохни зимой твой генератор! Решил сегодня тушей своей зверьков покормить? Я не против, в принципе, кусок ты дерьма, только вот для начала нас с Велис наверх надо бы вытащить!
Грэг несколько раз ударил толстяка по лицу. Привёл того в чувство и сильно ткнул прикладом ружья в спину.
— Бегом к лифту, безмозглый кретин, иначе я из тебя прямо здесь отбивную сделаю.
Плюха, как ни странно, подействовала. Сознание мужчины словно сбросило невидимую пелену и, мотнув головой, Ури рванул к подъёмнику. Обернулся напоследок, увидел, что иллюминатор практически сдался (наполовину просел) и из него торчит теперь огромная, вращающая глазами, крысиная морда.