Лифт на выходе оказался ещё более древним, чем тот в котором они погружались. Побитая ржавчиной пластина в основании, да пара тонких перил с фронтальной части. На этом "удобства" подъёмника и заканчивались. Тяговый механизм располагался здесь же, в правом нижнем углу подвесной люльки и представлял собой вмонтированную в большое зубчатое колесо алюминиевую рукоятку. Поверх колеса имелся уходящий в неизвестность плетёный канат. Судя по тому, что система стабилизации отсутствовала, вращать колесо следовало постоянно, иначе вся эта хлипкая конструкция ломанётся вниз при первой же удобной возможности.
— Крути первым. Подсоблю, как устанешь,— Левински толкнул Ури к механизму подъёма, а сам развернулся в направлении коридора, по которому они только что пробежали, — я пока питомцев твоих голодающих покормлю.
Он приложил дробовик к плечу и, освещая себе тоннель фонарём, повёл стволом.
Дважды повторять не пришлось. Обрам схватил рукоять с такой прытью, словно от неё зависела теперь вся его дальнейшая жизнь. Хотя, если иллюминатор сдаст окончательно, так оно вероятно и выйдет.
При первом вращении канат натянулся, врезаясь в пазы соединений, подозрительно громко щёлкнул, но выдержал, и корзина медленно поползла вверх. Грэг вскочил в неё в ту секунду, когда на повороте дороги показалась первая монструозная крыса. Огромная, как матёрый питбуль и злая, как две недели не евший шакал. Загребая лапами мелкий щебень, тварь едва вписалась в радиус поворота. Выскочила на ровный участок и, клацая челюстями от нетерпения, понеслась в направлении скрипящей старыми шестерёнками люльки.
— Это... что ещё... за нафиг... такое …,— Ева собиралась закончить фразу, но поняла, что сделать этого уже не получится, по причине мгновенно сковавшего горло спазма.
Волосы на затылке зашевелились, и она ощутила, как по спине снова поползли огромные, с эту самую крысу, мурашки.
— Спокойно, киска, не дёргайся. Прикрой лучше свои нежные ушки.
Грэг поймал зверя в прицел, дождался, пока тот приблизится и профессионально мягко спустил курок. "Mossberg" мгновенно сработал в двух направлениях. Ударил стрелка в плечо, погашая отдачу, а бегущего к нему со всей прыти мутанта в спину позади головы. Пуля отбросила крысу метра на два назад, однако та даже не думала подыхать. Крутанулась на месте, пытаясь дотянуться до раны, подтянулась на лапах, после чего поползла к людям на брюхе!
— Вот же тварь! — Левински судорожно передёрнул цевьё.
Дослал в ствол новый патрон и снова прицелился.
Второй выстрел Еву, что называется, оглушил. Под впечатлением от увиденного о приказе Грэга снова заткнуть уши она вспомнила в последнюю очередь. Вскрикнула одновременно с хлопком и интуитивно присела на пол.
— Так-то лучше, — Левински посмотрел за перила, на распластавшееся внизу рваной тушей чудовище.
Ногой сбросил с платформы стреляные гильзы и обернувшись к Ури, похлопал того по плечу, — Давай, здоровяк, поднажми. Времени теперь не осталось.
В ответ на его слова на подъёмную площадку под ними выскочила сразу тройка рассвирепевших тварей. Крысы бросились было к оторвавшейся от земли на десяток метров люльке, однако, узрев позади себя окровавленный труп сородича, на время интерес к людям подрастеряли. Вернулись и с упоением принялись пожирать неостывшую ещё плоть.
К моменту, когда Ури поднял лифт до середины шахты, хищников внизу скопилось под два десятка. Места у кормушки всем теперь не хватало и те, что пришли последними принялись искать себе другую пищу. Двое приблизились к вращающимся канатам и стали тщательно обнюхивать странные механизмы. Ещё четверо суетились прямо под основанием уходящего вверх подъёмника.
— Сейчас, мышки, я вас ещё угощу,— Грэг загнал в ствол новый патрон.
Прицелился и, стараясь бить строго наверняка, выстрелил. Однако, судя по всему, не попал, потому, как снующая у верёвок крыса только лишь вздрогнула. Мотнула оглушёно мордой, но затею исследовать канаты не бросила. Попыталась даже ухватиться за пеньку зубами.
— Так мне не справиться! — Ури вращал рукоять изо всех сил, однако к этой минуте на подъёмном тросу повисла толстенная тварь и поднять наверх ещё одного пассажира было трудно.
— Сейчас, сейчас, — повторил Грэг.
Его помповик, выбирая место получше, пошарил по телу крысы и, определившись с мишенью, изрыгнул вниз ещё одну порцию пламени. На этот раз зверя с канатов срезало как ножом. Ирреальный грызун, разжал зубы, забился в конвульсиях, после чего рухнул в самую гущу своих собратьев.