Ева запрокинула голову в сладкой истоме и, не соображая, что делает, потянулась к мужчине губами. Ей вдруг невыносимо захотелось прижаться к нему всем телом. Прильнуть так, чтобы всё остальное стало не важным. Раствориться в этом человеке, каждой клеточкой своего организма и целоваться! Целоваться, будто в последний раз! Неистово, страстно, чтобы всё чувствовать. Кусаться даже, если это поможет.
Безумие!
Да что это с ней не так?!
Испугавшись собственных ощущений, Ева нашла в себе силы остановиться. Прервать сладострастную пытку в тот миг, когда Ян уже припал губами к её рту.
А губы умоляли продолжить. Требовали дать им испить эту чашу до дна. Чтобы стать с мужчиной единым целым. Но она всё-таки отстранилась. Хотя и с огромным трудом. Бешено колотящееся сердце рвалось наружу, лицо пылало желанием поцелуев, но Ева упёрлась ладонью мужчине в грудь, оставляя Яна на расстоянии.
— Пожалуйста. — Прошептала расслабленно.
Голос, как назло, куда-то исчез. Пальцы подрагивали, и почему-то пришла мысль о том, как непривлекательно она сейчас выглядит. Да что же с ней происходит? Спросила в десятый раз. Или это всё ещё эмоции Велис? Скорее всего. Но, пусть даже и Велис. Она ведь не может вот так вот запросто целоваться при всех с первым встречным. Не разобрать, что творится. Хотя плевать. Хорошо хоть в комнате никто пока на них не таращится.
Ян мягко убрал женскую руку.
— Я так соскучился. — В его голосе крепла томная хрипотца. — Позволь мне хотя бы тобой надышаться.
Искушающие губы принялись разгонять горячий воздух у самого уха, и Ева ощутила, что кожа на шее превратилась в пупырчатую плёнку для упаковки.
— Пожалуйста, — умоляюще повторила она, осознавая, что еще одной такой фразы не выдержит.
Тело Велис реагировало на действия этого человека эффектом разорвавшейся бомбы.
Еву выручил мужчина, что был ростом пониже. Напарник Яна подошёл к креслу, в котором валялся Левински.
— Ну что, Герда, пакую клиента? — Спросил он.
Словно мешок с тряпьём, мужчина поднял безвольно повисшего Грэга и потащил того к Емкости.
— Конечно, Кай. Процесс стабилен. Можем прямо сейчас начинать выгрузку данных. — Промурлыкала в ответ девушка.
Ева отметила про себя, что Дина за всё это время не проронила ни звука. Девчонка сидела пристегнутой к креслу-реклайнеру и покорно ждала своей участи.
Ева слабо понимала, что стало происходить дальше. Судя по разговорам людей в оранжевых комбинезонах, в Капсулу собирались погрузить всех, кто находился вместе с ней в комнате. Вначале в Ёмкость уложили безвольное тело Грэга. Дали козлистому подышать каким-то паром через резиновый загубник и увешали его тощую грудь разноцветными проводами. Краем уха Ева услышала, как мужчина, что звали Каем, обсуждал с Гердой количество "препарата меняющего химический состав прифронтальной коры головного мозга путём усыпления некоторых её участков на заданное время". Определившись с дозой, он сделал укол Грэгу, потом медленно приходящему в себя Кеду, а затем и напуганной до чёртиков Дине.
— Пойдём домой, Велис. Дальше они справятся сами. Тебе не надо на это смотреть.
Под одобрительные взгляды друзей, Ян взял Еву за руку и потащил за собой к двери.
Пока они шли по улице, Ян вспомнил, как всё у них начиналось. После того случая в "Забей на всё" ему пришлось выслушать от Кая немало жёстких высказываний. Так бездарно проср*ть федеральный код, по мнению друга, мог разве что самый тупоголовый осёл. Неудачник, который в силу умственной своей ограниченности не смог понять, что код этот сулил им всем солидный заработок. Стоило лишь правильно его применить. А теперь у них нет ни денег, ни кода. Есть правда, спасенная кукла из Колизея, которая натворила там что-то такое, за что её в тот вечер преследовали. Но что с ней делать? Ждать благодарности? Вернуть владельцу, в надежде, что тот отсыплет им пару монет? Или вообще просто так отпустить? По причине, что друг у него чистокровный придурок, без примеси капли авантюризма, которому чужды идеи обогащения, Кай даже не сомневается, что тот выберет вариант номер три. Отпустит эту недалекую дурочку. Потому что родственная кровь, как ни крути великая сила. Дурак дурака, как говорится... И далее по тексту.