Ян взял их одежду. Повесил на вешалку в узкой прихожей.
— Что значит как? Вы же знакомы.
Без Формуляра ошибок было не избежать. Ева улыбнулась, пожала плечами, делая вид, что сама не рада своей забывчивости.
— Извини, после Каплоида голова как в тумане.
На что Ян понимающе закивал.
— Рассеянность постепенно пройдёт. Экстремальная стрессовая ситуация порой вызывает психогенную амнезию. Другими словами аномальное функционирование памяти без структурных повреждений коры головного мозга. Такое бывает. Это побочки сеанса. Пока же тебе лучше переодеться. Я принесу. Пса кстати зовут Бро. И повторюсь, не бойся, он не кусается. Порой мне кажется животные умнее многих из нас.
Мужчина исчез в дверях спальни и через минуту вернулся, держа в руках мягкий свитер.
— Бро, в смысле брат?
— Хм. Интересно. Я как-то не подумал об этом, — Ян усмехнулся, — но нет. Скорее он обычный бродяга. Мы с Каем отбили беднягу у нищих в заброшенном подвале. Когда вошли, те уже собирались собаку поджарить.
— И вы дрались за него с жителями Нижнего уровня?!
Каменеву нравилось её по-детски наивное изумление. Это было нечто новое в поведении Велис. Он связывал, конечно, причины с недавним сеансом в Каплоиде, но всё равно удивлялся, насколько с момента последней встречи девушка изменилась. Вел стала какой-то застенчивой. Естественной. Более непосредственной что ли. Подкупала мягкость, с которой она теперь к нему обращалась. Ян осознал, что ещё тогда, в клубе, когда, рискуя собой и друзьями, спас Велис от федерального патруля, среди прочего рассмотрел в ней именно эти душевные качества. Ну и бесспорно, при первом взгляде в глаза незнакомки, понял, что навек теперь в них растворится.
Ещё больше Вел заинтересовала его когда они стали общаться. Девушка оказалась не только красива, но ещё умна, шутлива и остра на язык. При этом она в мгновение ока могла становиться очень серьёзной. Интуитивно предугадывала суть разговора ещё до того, как Ян собирался задать свой вопрос. Одним словом, Вел была разной. Поэтому время, проведённое с ней, пролетало легко и быстро. И хотя Вел временами пыталась ставить себя выше других как и любая другая знающая себе цену, женщина Верхнего уровня, на это обстоятельство можно было закрыть глаза. Ведь большинство жителей Колизея держалось в ДанВере подобным образом.
Сейчас же, находясь у него в квартире, Велис вела себя совершенно иначе. Её напускная бравада куда-то исчезла, уступив место скромности и спокойствию. Черты лица разгладились, и она сидела на мягком ковре, опустив взор на собаку. Тихая и смиренная.
Если всё дело было в Каплоиде, то Ян готов был на что угодно, только бы его действие никогда не заканчивалось. Странная реакция для взрослого человека в погибающем ДанВере. Хотя, может быть совершенно наоборот. Когда постоянно вращаешься в мире конченных отморозков, где главной задачей каждого является дожить до рассвета, именно проявление мягкости и искренних чувств поражает тебя в самое сердце? Возможно, исключительно этих человеческих качеств, всем здесь так не хватает?
— Нет. Мы не дрались. Вдвоём на толпу, без вариантов вообще. Безопаснее было поуправлять их проведением.
— Поуправлять?!
Ян согласен был смотреть на Велис целую вечность. Во-первых, он ужасно соскучился. Во-вторых, с каждым новым мгновением девушка нравилась ему всё больше и больше. А в-третьих, почему нельзя получать удовольствие просто от того, что любуешься эмоциями на её красивом лице? Ресницы Вел смешно вздрагивали, всякий раз когда она от души удивлялась. Закутавшись в толстый свитер (его любимый) гостья теребила пальчиками шерсть на загривке Бро, готовая слушать дальше. С интересом ожидая его ответов, она с жадностью впитывала каждое слово. Да. Велис действительно изменилась.
— Именно. Для этого мы и используем лаготопы. Новую версию.
Он извлёк из сумки один из хитроумных планшетов.
— Так вот как они называются! — Шепнула Ева сама себе.
— Приходилось уже, наверное, иметь с ними дело?
— Да. Федералы меня проверяли.
— Понятно. Но пса в ту ночь мы заполучили другим способом. Выменяли на тушёнку.
— Так просто?!
— Просто. Но дорого. По банке за килограмм тощего веса.
Оба с умилением посмотрели на развалившегося в сладкой истоме Бро и вдруг не сговариваясь, рассмеялись.
— Может быть, выпьем? — Ян потрепал собаку по мягкой холке, встал и направился в кухню, — у меня ещё осталось твоё любимое.