Компьютер у ЁЛин хороший. Не ноутбук, логично бы вписавшийся в чисто женское жильё, а классический «десктоп» с запрятанным под стол, увесистым системным блоком и большим монитором на кронштейне. Откуда он у неё и для каких целей приобретался — оставалось загадкой. Спрашивать женщину не имело смысла, а ковыряться в его содержимом, в поисках ответов — просто некрасиво. Содержимое рабочего стола тоже информативностью не блещет: иконки стандартных офисных программ, огромное количество документов, хаотично разбросанных по экрану, папка «drivers», пара ярлыков каких-то игр… В общем, обычный набор.
Начинка у компа оказывается соответствующей. Уж в чём-чём, а в этом я худо-бедно разбираюсь, и на момент текущего года, в этом мире, железо в нём стоит практически топовое, судя по информации о системе. Что ж, сейчас, для меня, такая мощность избыточна, ибо играть в игрушки я не планирую, а для текущих задач хватило бы и простого «офисника».
«Форточки» тоже никуда не делись. Старая, добрая «семёрка» вызывает у меня ностальгию, и я, какое-то время, просто лазаю по менюшкам, вспоминая её интерфейс да тяжко вздыхая. До выхода десятой — действительно, лучшей — версии чуть меньше года, ну а до привычной мне одиннадцатой вообще, как до Китая пешком… Но как говорится: «чем богаты…» — сгодится и эта!
ЁЛин пользуется штатным проводником и тут я, с непривычки, кривлю нос. Немного подумав, вбиваю в поиске «хром», а когда тот выдаёт искомое, устанавливаю новый браузер на комп. Всяко лучше того издевательства над пользователями, которое предлагают мелкомягкие.
«Приступим-с…»
По запросу поисковик выдаёт мне множество самой разнообразной информации о русалках — именно они становятся объектом моего интереса, в связи с «обстоятельствами», — и я с головой погружаюсь в дебри мифов и легенд.
Первое, на что обращаю внимание, — это принадлежность русалок к восточной и западнославянской мифологии. Там они описываются как умершие «не своей» смертью женщины. В первой, — это души детей умерших до крещения или души девушек, умерших до вступления в брак. Во второй — души женщин, умерших во время родов или до послеродового церковного очищения, а также женщин, сделавших аборт.
«Получается, грубо говоря, чтобы стать русалкой нужно помереть при некоем стечении обстоятельств? Забавно»
Продолжаю изучение вопроса и обнаруживаю ещё одну, из множества, деталь, о которой не знал: оказывается, изначально, ни о каком рыбьем хвосте и речи не было. Этот образ появился много позже, по-видимому, под книжным влиянием, где авторы, слили образы славянской русалки — внешним видом схожей с древнегреческими нимфами, — и морской девы, коей являлось вымышленное существо из мифов народов Европы. Как раз у последней наличествовал хвост, вместо нижних конечностей.
«Вот откуда образ русалки на дереве. Если заменить хвост на ноги, то всё встанет на свои места!»
Далее, с интересом читаю об их особенностях:
Славянским русалкам наиболее характерны такие черты как: любовь к музыке, пению и танцам. А также, способность к оборотничеству, прорицанию, знахарству и колдовству. И вредоносность, как черта нечистой силы. В славянской мифологии русалки описываются как опасные существа, часто отрицательно настроенные к людям всех возрастов: в одних поверьях они кидались в людей камнями; ловя кого-нибудь, щекотали до смерти и топили; по другим легендам — соблазняли молодых парней, заманивая их на глубину…
Последняя фраза, почему-то, вызывает у меня ассоциацию с героиней старого советского мультфильма — Дюдюкой Бербидонской — а точнее, с песней в её исполнении:
«А я маленькая мерзость, а я маленькая гнусь,
Я поганками объелась и напакостить стремлюсь.
Я людей пугаю ночью, обожаю крик и брань.
А я маленькая сволочь, а я маленькая дрянь»
— про себя напеваю я незамысловатый куплет и широко улыбаюсь, представив Лиру в подобном амплуа.