— Женщину вроде нее, — произнесла Маура, — непременно станут разыскивать.
— Ты говоришь так, потому что она красивая? — усмехнулась Джейн.
— Я так говорю, потому что она выглядит невероятно подтянутой, у нее отличные зубы, и те леггинсы, что были на ней, они от Донны Кэран.
— Пожалуйста, вопрос от невежественного человека, — вмешался Тэм. — Это означает, что они дорогие?
Джейн сказала:
— Держу пари, доктор Айлз может назвать вам точную цену.
— Дело в том, — продолжала Маура, — что она не какая-то уличная бродяжка без гроша в кармане. У нее было много наличных, и она была вооружена «Хеклер и Кох», а это, как я понимаю, не обычный уличный пистолет.
— Еще у нее не было удостоверения личности, — добавил Тэм.
— Его могли украсть.
— Но что за вор оставил бы триста баксов? — Тэм покачал головой. — Это было бы странно.
В смотровом окне Маура увидела, как Йошима помахал рукой.
— Он закончил, — сказала она и открыла дверь назад в лабораторию.
В первую очередь Маура осмотрела разрубленную шею. Как и разрез, ампутировавший руку, эта рана появилась за один взмах, сделанный без колебаний. Поднеся рулетку к ране, Маура сообщила:
— Почти восемь сантиметров глубиной. Рассекает трахею и проникает до шейного отдела позвоночника. — Она переместила рулетку. — Шире, чем в глубину, около двенадцати сантиметров от одного края до другого. Не колотая рана, а глубокий разрез. — Она сделала паузу, изучая раскрытый разрез. — Он необычно гладкий. Здесь нет ни зазубрин, ни повторных разрезов. Нет раздробленностей и раздавленностей. Это произошло так быстро, что у жертвы не было никакого шанса защититься. — Она приподняла голову трупа и наклонила ее вперед. — Кто-нибудь может удерживать череп в этом положении? Я хочу соединить края раны.
Без каких-либо колебаний детектив Тэм шагнул вперед и обхватил голову жертвы руками в перчатках. Хотя человеческое тело можно рассматривать всего лишь как безличные кожу, кости и мышцы, лицо трупа показывает больше, чем хотят видеть большинство полицейских. Правда, Джонни Тэм не прятал свой взгляд. Он смотрел прямо в глаза мертвой женщины, словно надеясь, что те смогут дать ответы на множество его вопросов.