В первые месяцы войны военно-морские эскорты конвоев, покидающих Британские острова, могли выйти в море только на 300 миль, затем им приходилось поворачивать назад, чтобы сопровождать прибывающий конвой. Эсминцы сопровождения могли оставаться в море всего семь дней без дозаправки, что означало, что на прикрытие конвоя и возвращение назад можно было тратить по три с половиной дня. Это расстояние увеличилось к октябрю 1940 года до 400 миль, а к апрелю 1941 — до середины Атлантического океана. Когда кораблям стали обеспечивать воздушное прикрытие — с Британских островов, из Канады и Исландии, — пространство Атлантического океана, оставленное немецким подводным лодкам к маю 1941 года, сократилось до приблизительно 300 миль в ширину. Но даже при таком положении дел это была зияющая расщелина, и в любом случае немецкие субмарины не перестали нападать на свои цели везде, где они могли их найти.
Немецкие подводные лодки, которыми руководил Карл Дениц, постепенно сосредоточивали свои смертоносные атаки на кораблях Британии и нейтральных государств — нацисты снова разыгрывали карту неограниченных боевых действий; это значило, что они в любое время будут поражать все, что окажется в пределах их видимости Это было достаточно ясно продемонстрировано в 1941 году потоплением «Орандора-Стар», 15 000-тонного нейтрального корабля, перевозившего немецких и итальянских беженцев из Ливерпуля в Галифакс (Новая Шотландия). В августе немцы атаковали голландский лайнер «Волендам», перевозивший 320 детей-беженцев, у мыса Малин-Хед, и только везение и блестящая спасательная операция спасли их. Спустя месяц двести взрослых и детей, находившихся на «Сити-оф-Бенарес», потопленном немецкой подлодкой, оказались не такими удачливыми.
Несмотря на мощные конвои, защищенные надводными эскортами и субмаринами, союзники вскоре начали терять тысячи тонн кораблей каждый месяц. В ответ Адмиралтейство распорядилось отправить большее количество подводных лодок через Атлантику в Галифакс, где была лучшая бухта Канады и одна из лучших бухт в то время. Ее обширные доки принимали корабли отовсюду, и из более близких вест-индских и американских портов. Там были также кораблестроительные верфи, нефтеперерабатывающие установки, военно-морская станция и военный порт, в котором могли разместиться транспорты снабжения и военные корабли. Некоторые лодки 2-й флотилии, базировавшиеся на реке Клайд, были отправлены в Галифакс для усиления надводного эскорта атлантических конвоев и частично — чтобы сыграть роль приманки для немецких подводных лодок и военных кораблей. Джон Стивенс, служивший на «Тандерболт» (бывшая «Тетис»), вспоминал:
«Растущие потери сил конвоя в Атлантике были причиной мрачных опасений. Были значительные опасения по поводу возможности того, что большие корабли немцев выйдут в море и начнут косить наши конвои, вдобавок к подводной угрозе со стороны подлодок, которая была существенной. Нас отослали на базу в Новой Шотландии вместе с полудюжиной других субмарин — обеспечивать океанский эскорт кораблям, пересекавшим Атлантику. Были составлены предварительные планы, по которым коммодор конвоя будет пытаться догнать любой немецкий корабль, который появится в пределах видимости и который можно будет легко потопить. Эта работа никому не нравилась. Мы шли по сторонам конвоя Погода была очень неприятной, и мы вышли из Канады к югу Исландии и вернулись обратно».
Хотя Дениц сконцентрировался в основном на своем подводном флоте, силы которого быстро удвоились, а с момента объявления войны — утроились, отдельные военные корабли тоже являли собой угрозу кораблям союзников. Названия крупных немецких линкоров, таких как «Бисмарк» и «Тирпиц», стали так же хорошо известны британскому обществу, как названия знаменитых британских кораблей, и Королевский флот заявил, что будет преследовать их; именно это он и сделал во время одной из крупнейших операций против одного вражеского корабля, «Бисмарка». В мае 1941 года британские военные корабли настигли, загнали в ловушку и, наконец, потопили гордость Германии во время признанного блестящим маневра в 620 милях от французского берега. С этого времени самые крупные военные корабли немцев видели редко, и давление на британский флот пришло со стороны немецких подводных лодок, чьи способности понятны из одних только статистических данных: с июля по декабрь 1941 года подводный флот Германии вырос с 65 до более чем 230 лодок