Выражение лица не предвещало ничего хорошего, но делать было нечего.
— Погодите, а разве самый низ червоточины вообще существует? Я думал, нет. — демон лжи прищурился, в то время как Мари схватилась за него.
Шейн выглядела сейчас испуганной больше, даже когда они шли ближе к больнице.
Всё самое страшное позади.
По сторонам от них зажигаются огоньки.
Признаться честно, но червоточина похоже была больше на какое-то пространство, нежели чем на обычную дыру.
— Мы на месте. Как вы видите, пока что целые и невредимые. — издал смешок Вальтер и тут же прищурился.
Нужно было найти вход.
Странно, но тут, как и в чьем-то сознании было множество дверей.
Неужели за ними находились воспоминания?
— Что, черт возьми, мы вообще ищем сейчас? — поинтересовалась Шейн.
— Что-то типа воспоминаний Анастаси насчет Фредсена? Я не до конца в этом уверен. — хмыкнул Веномания.
Даже ему находиться в этом месте было не по себе.
Грейсфорд взяла себя за подбородок.
Она не могла ответить на вопрос демона лжи, поскольку сама не до конца понимала, что им предстоит найти.
— Думаю, нам нужно разделиться. Попробуйте поискать там, — девушка показала налево, а затем улыбнулась, — а мы пока пойдем в правую сторону. Дверей здесь много, обращайте внимание на надписи и подсказки, иначе мы здесь надолго застрянем.
Рейхенберг ухмыльнулся уголками губ и взглянул на девушку.
— Взяла дело в свои руки. Умничка какая. — посмеялся он и тыкнул юную особу в нос.
Анастаси хмыкнула и направилась вправо, словно ничего и не произошло. Вальтеру пришлось поспешить за ней.
Веномания и Шейн остались наедине. Мари решила следовать примеру подруги и смело направилась влево.
— Пойдем, Велиар. Ты так поменялся в лице, когда мы сюда попали. Что-то случилось? — обеспокоенно поинтересовалась девушка и ощущая какое-то напряжение. Шейн аккуратно коснулась руки демона.
Хотелось понять в чём причина.
Веномания находился в действительно странном состоянии.
Он словно не ощущал того, что действительно находился здесь. Не то, чтобы им овладела паника, но какое-то удушающее чувство в районе шеи заставляло его чувствовать себя некомфортно.
Мужчина решил скрыть это и еле заметно усмехнулся.
— Я в порядке. Лучше пойдем к ближайшей двери.
Девушка утвердительно кивнула.
Надписей на ней никаких не было, но рядышком присутствовала маленькая запись.
— Что здесь написано? — демон прищурился и хмыкнул.
Мари похлопала глазами и в то же самое мгновение прочитала.
— «Первые испытания».
Звучало странно.
Это место было не только архивом воспоминаний, но еще и скоплением каких-то загадок.
— Зайти внутрь, как думаешь? — поинтересовался Веномания.
— Думаю, нам нужно это сделать. Возможно, сегодня нам придется открыть еще много дверей. — пожала плечами Шейн и коснулась ручки.
Изначально ничего не было видно. Однако сейчас стали появляться какие-то картины.
Как и полагалась, временная петля.
***
«На дворе стоял прекрасный день. Именно таким образом заканчивалось лето 1815 года. Госпожа Женевьева Де Лерой, именно так звали юную особу, прибыла учиться в Парижском университете. Несмотря на то, что девушка была аристократкой, её наряд был весьма обычен и скромен: недлинное платье, небрежно накинутый сверху жакет и сумка в руках.
— Черта с два... Чувствую, денек будет просто бешеный. — процедрила девушка и тут же поправила пряди золотистых волос.
Женевьева не привыкла к знакомствам и новым местам, несмотря на то, что часто посещала балы.
Её нельзя было назвать стеснительной, скорее высокомерной. Все люди оправдывали поведение Лерой этикетом, но никак не высокой самооценкой.
— Ладно, я смогу..., — она глубоко вздохнула и окликнула кучера, — ...а можно чуть побыстрее? Мне уже пора отправляться в пансион на заселение.
Хиленький мужичок, лет сорока пяти вытаскивал один за другим чемоданы юной мадмуазель.
Ему сейчас было явно не до разговоров.
— Конечно, мэм! Погодите чуть-чуть, сейчас я достану последний чемодан и можем идти.
Девушка прогуливалась по территории кампуса и не верила своим глазам.
Сегодня начиналась её студенческая жизнь.
Погода была воистину осенней, всё как и полагается; легкий ветерок, блеклое солнце и тучи.
Университетские пейзажи были хороши, но непривычны.
Люди разбрелись, видимо, уже по своим комнатам. Кроме нее на улице находилась только одна девушка.
Выглядела грустной.
«Бедняжка, похоже, её родители были против обучения. Может пойти и поднять ей настроение? Стоп, с каких пор я стала такой общительной. » — с усмешкой подумала Де Лерой и неуверенно направилась к юной особе.