Десятилетнее обследование, завершенное в 1959 году, показало, что уничтожение сорняка кламат было осуществлено «более полно, чем надеялись даже энтузиасты». Сорняка осталось не более 1 процента.
Такое символическое количество сорняка безвредно и даже необходимо для сохранения жучков на случай разрастания сорняка в будущем.
Другим примером успешного применения дешевого способа борьбы с сорняками может служить то, что было сделано в Австралии. Подобно другим колонистам, направляющимся в новые страны, которые захватывали с собой различные растения и животных, капитан Артур Филлип привез в Австралию примерно в 1787 году несколько видов кактусов, намереваясь использовать их для разведения насекомых, нужных в производстве красителя. Некоторое количество кактусов (колючих груш) каким-то образом оказалось за пределами его сада, а к 1925 году в Австралии можно было встретить уже около 20 дикорастущих разновидностей этих растений. Поскольку на этой новой территории не было естественных помех их размножению, кактусы начали быстро распространяться и в конце концов заняли площадь примерно в 60 млн. акров. По крайней мере половина этих земель заросла кактусами так густо, что не могла быть использована.
В 1920 году в Северную и Южную Америку были направлены австралийские энтомологи для изучения насекомых, способных уничтожать колючие груши на их родине. После испытания нескольких разновидностей отобрали 3 млрд, яичек аргентинской моли и вывезли в Австралию в 1930 году. А через 7 лет были уничтожены последние густые заросли колючих груш, и ранее пустовавшие земли вновь стали заселяться или отводиться под пастбища. Стоимость всей этой операции составила меньше одного пенса на акр освобожденной земли, в то время как при использовании химических средств борьбы с этими растениями, которая безуспешно велась до этого, стоимость обработки одного акра земли составила около 10 фунтов стерлингов.
Оба приведенных примера говорят о возможности чрезвычайно эффективной борьбы со многими нежелательными растениями с помощью поедающих их насекомых.
Однако до сих пор ученые не уделяют должного внимания использованию этой возможности, хотя насекомые, может быть, самые разборчивые едоки, и эту их особенность можно легко использовать на пользу человеку.
7. Ненужное разрушение
В своем стремлении покорить природу человек производит многочисленные разрушения, направляя свои действия не только против земли, на которой он живет, но и против жизни, которая находится рядом с ним. В истории последних столетий имеются свои черные страницы — истребление буйволов на западных равнинах, массовое уничтожение береговых птиц, почти полное уничтожение белых цапель ради их перьев. К этим страницам мы можем добавить теперь новую главу о новых методах истребления — уничтожение птиц, млекопитающих и рыб, практически всех диких животных инсектицидами, без разбора распыляемыми по земле.
Согласно философии, которая, видимо, сейчас определяй наши действия, ничто не должно стоять на пути человека с распылителем в руках. Случайные жертвы его крестового похода против насекомых не в счет; никто не должен протестовать, если под ядовитый дождь, убивающий насекомых, попадут малиновки, фазаны, еноты, кошки или даже домашний скот.
Люди, желающие разобраться в вопросе об ущербе, наносимом девственной природе, стоят сейчас перед дилеммой. С одной стороны, поборники сохранения природы и многие биологи заявляют, что ущерб очень велик, а в некоторых случаях принимает даже катастрофические размеры. С другой стороны, органы, занимающиеся применением ядохимикатов, категорически отрицают наличие ущерба, во всяком случае, считают его ничтожным. С кем следует согласиться?
Самым важным является компетентность свидетеля. Биологи, конечно, лучше могут обнаружить и оценить ущерб, наносимый природе. Энтомолог, специалист по насекомым, менее сведущ в данном вопросе. К тому же он психологически не склонен замечать нежелательные результаты своей борьбы с насекомыми. А работники местных и федеральных органов, ведающих применением ядохимикатов, и, конечно, представители химических компаний начисто отрицают все факты, сообщаемые биологами, и заявляют, что не видят никаких признаков вреда природе. Они предпочитают ничего не замечать. Если даже мы деликатно объясним их позицию близорукостью специалистов и заинтересованных людей, все же мы не можем считать их компетентными свидетелями.