Ужасная мысль. Может ли это быть правдой? Зачем ему выдумывать что-то подобное? Правителю Монтаны, лидеру бардов Высшего совета. И он верил в меня. Хотел помочь мне.
– Правда о твоей матери ждет тебя на страницах этой книги, – сказал он.
По словам Катала, Книга дней находится где-то под замком, в лабиринте, защищенном древней силой. Только невероятно одаренный бард может пройти сквозь заклинания защиты к его сердцу.
– Я сделал все, что мог, – сказал он. – Благословения, помещенные в лабиринт, не похожи ни на что из того, что мы сейчас практикуем. Последняя попытка добраться до книги чуть не убила меня. Во время долгого выздоровления я понял, это не то, что я могу сделать сам. Я должен довериться кому-то. Достаточно смелому, чтобы противостоять большой силе, и достаточно умному, чтобы преодолеть все препятствия. Необычайно одаренному. Вроде тебя.
Я осматриваю плащадку в поисках своего нового тренера, и меня шатает от мысли, что я, прямо в этот самый момент, нахожусь над таким мощным источником силы и истины. Как я ни стараюсь сосредоточиться на чем-нибудь другом, мысли возвращаются ко вчерашнему дню.
Может ли эта книга действительно дать мне ответы? Большую часть ночи я не могла заснуть, пытаясь представить себе такое.
Книги – это зло. Писать опасно.
– Ты все еще здесь, – голос вырывает меня из задумчивости. Я резко оборачиваюсь. Равод. В груди все сжимается, дыхание вырывается из легких.
– Да, все еще, – прочищаю горло, – приношу свои соболезнования по поводу проигрыша пари.
– Ужасно, – Равод качает головой, – я собирался потратить деньги на что-нибудь глупое и легкомысленное. Надеюсь, ты довольна, что твое здравомыслие стоило мне причудливой шляпы.
– А что случилось с «искоренением чувства юмора», Равод? – спрашиваю я, прищурившись.
– Кто сказал, что я шучу? – уголки его губ приподнимаются, а темные глаза мерцают. Даже самый слабый намек на улыбку на его лице заставляет меня ощутить тепло. Но прежде чем я успеваю расслабиться в дружеской атмосфере, он машет рукой и поворачивается.
– Но сегодня у нас другая задача, – Равод оглядывается через плечо. – Готова?
– Готова? – повторяю я в замешательстве. – Я должна встретиться со своим новым тренером.
Равод кивает.
– И вот я здесь.
– Подожди, – у меня перехватывает дыхание. Я качаю головой, начиная все сначала, – ты мой новый тренер?
– Не надо так расстраиваться, – говорит он. – Катал подумал, что тебе будет удобнее тренироваться с кем-то из знакомых. Он очень заинтересовался тобой.
– Это он заинтересовался, к твоему сведению, – не понимаю, почему мне нужно объясняться с Раводом.
– Избавь меня от подробностей. Я знаком с твоей способностью следовать инструкциям, – говорит он. – Катал предложил сменить темп твоих занятий. – Интересно, что еще ему передал Катал?
– Куда мы идем? – спрашиваю я, понимая, что мы вовсе не направляемся на тренировочную площадку.
– Вот увидишь, – он жестом приглашает меня следовать за ним обратно в крыло бардов.
Равод молча ведет меня вниз в глубь горы по многочисленным проходам, очень похожим на те, что вели в пещеру с водопадом. Я слышу отдаленный рев бьющейся воды.
Мы подходим к воротам в задней части главного двора. Солнце уже начало подниматься над вершинами гор, заливая мрамор золотистым светом.
– Я выбрал лошадей, – говорит Равод. Он останавливается в центре двора, – чтобы поехать в пустоши у озера.
– Мы покидаем замок? – я останавливаюсь рядом. Меня охватывает паника. Там бродят бандиты. Что, если я потеряю Равода из виду и снова окажусь в опасности? Глупо, но страх подавляет мои чувства.
Начинает казаться, что двор, хотя и красивый, душит меня. Кустарник выглядит большим и зловещим. Пустые взгляды изящных статуй заполняют все пространство, не оставляя места для дыхания. Я задыхаюсь, хватая ртом воздух, уверенная, что моя грудь вот-вот разорвется.
– Сделай глубокий, медленный вдох, – голос Равода звучит мягко. Его доброту трудно воспринимать после мучений с Кеннан. – Это нормально – быть испуганной. Ничего страшного, если иногда нужно остановиться и подышать.
Требуется секунда, чтобы вспомнить, как дышать. Мое сердце замедляется. Двор расширяется.
– Спасибо, – бормочу я, откидывая назад потные пряди волос, – как будто на меня все навалилось сразу.
Взгляд Равода задерживается на мне, и я замираю. Выражение его лица открытое и теплое. Это почти заставляет меня снова потерять способность дышать.
Звук копыт заставляет меня повернуть голову, к нам приближаются два конюха, каждый ведет красивую лошадь. Холодная маска Равода мгновенно возвращает на место. Он шагает к большой черной кобыле, той самой, с которой мы познакомились в Астре. Увидев его, она радостно ржет.